Антония де Вельвиче. Читающая души

Уже за одно только это профсоюз выписал булочнику огромный штраф, и сотрудники уже закрытой лавки уходили после разговора со следователем и представителями других служб порядка, неся в кармане трёхмесячный заработок. Профсоюз взял эти траты на себя, а возмещать им будет все расходы бывший главный повар.

Помимо этого, для экономии булочник покупал забродившее варенье на начинку, самую дешёвую муку, часто залежалую, а вес хлеба и булочек всегда был меньше заявленного процентов на десять.

Под шум скандала о булочнике, про первоначальную причину вызова следователей никто и не вспомнил.

Когда на опрос привели того самого юношу, Антония смолчала, хотя он действительно украл из кухни пару буханок хлеба и мясной пирог. Главный повар не платил ему жалование уже два месяца, а больной сестре парня нужно было чем-то питаться. Хотя на его месте Антония предпочла бы не брать мясные булки, зная, что повар пихал в них вместо положенного фарша.

После опроса Антония отвела юношу в сторонку.

— Аптекарю в лавке через дорогу нужен подмастерье, предыдущий женился и уволился.

Если пойдёшь прямо сейчас, возможно, повезёт и ещё никого не взяли на это место.

— С-спасибо, — запнулся парень. Он был на голову выше и шире в плечах, но чувствовал себя намного меньше и слабее стоящей перед ним леди, и непонятно, что было тому причиной. Строгий костюм следователя, прямая, как шпага, спина леди или её тяжёлый колючий взгляд. — Но почему вы мне помогаете?

— У тебя пока ещё нет черноты за душой. Живи по совести, и, возможно, самого страшного ты избежишь.

Ничего не поняв из слов странной леди, юноша снова поблагодарил, низко поклонился и, прижимая к груди мешочек с трёхмесячным окладом, ушёл. В окно Антония проследила, как парень, немного поколебавшись, всё же направился в аптеку.

— Остался только булочник, - Антония едва не вздрогнула от неожиданно раздавшегося знакомого голоса, резко обернулась. Вик подпирал косяк двери и, как и Антония, смотрел куда-то за окно. – По протоколу нужно допросить его в присутствии всех заинтересованных сторон.

Отложим на завтра, проведём допрос в участке? – предложил он.

Вик выглядел уставшим и помятым, пиджак остался на спинке стула в комнате, где они опрашивали пострадавших сотрудников. На широкой манжете рубашки виднелось синее пятнышко от чернил, несколько локонов выбились из-под шнурка, держащего низкий хвост, из кармана жилета свисала цепочка часов, на которые следователь то и дело посматривал.

— Нет.