Грани миров 2. Новые законы.

Когда Таймар рос, а вместе с ним рос и его ярящийся огонь в неспокойной груди, император страшился, что юный бунтарь так и не сможет побороть ярость пламени в своём сердце. Но с того момента, как Таймар стал называть себя князем своих земель, Деорак вынужден был признать, что мальчик закаляется, как истинная сталь. В равной степени им овладевали две крайности – ледяной, беспринципный ум, и всепоглощающий огонь, который мог сдержать лишь этот самый холодный рассудок.

«Таймар вырос, – в очередной раз напомнил себе Деорак.

Вседержитель понимал, что быстрое согласие на брак с Мариго говорило вовсе не о покорности, а лишь о том, что их интересы в этом вопросе совпали.

Он вздохнул, усталой рукой потёр взмокший висок и, признавшись себе, что стал бояться Таймара ещё больше прежнего, позвал слуг, и велел принести выпивки. Деорак, конечно, знал, что не заглушит тревогу за свою будущность наливкой, но лучшего в эту минуту придумать не мог.

Глава 17 Огайра

Огайра очнулся от боли и холода. Открыл глаза и обнаружил себя в тёмной, заваленной тюками и корзинами конуре. Рядом стояла сухонькая старушонка, мало походившая на уроженку этих мест. Глаза её узились в щёлочки, а плоский нос почти не выделялся на круглом, морщинистом лице. Старуха сидела у его изголовья и прикладывала к ноющему затылку Огайры металлическое блюдо.

– Кто вы? – спросил он, убирая её руку от своей головы и пытаясь приподняться на матраце.

Старушонка не ответила, молча встала и ушла в соседнее помещение, загремев там посудой.

«Сейчас притащит другую тарелку, похолоднее», – решил Огайра и не ошибся, хозяйка конуры действительно вошла с блюдом, но не пустым, как ожидал маг, а полным тонко нарезанного белого мяса.

– Гадюка, – коротко прошепелявила хозяйка, протягивая миску в руки гостя. – Ешь.

– Как я тут оказался? – спросил Огайра, принимая миску со змеиным мясом.

– Ты - есть, потом спать, – сухо сказала хозяйка жилища.

Изложив эти исчерпывающие инструкции, она вышла из комнаты, и Огайра хотел было последовать её примеру, но как только он резко встал, тут же плюхнулся обратно на тощий матрац, больно ударившись копчиком. Половина мяса рассыпалась вокруг него, а вся комната поехала кругом, будто он не на лежанку приземлился, а на качель-вертушку.

«Сотрясение, – понял маг и стал ругать себя за беспечность.