Идеальный слуга

Мягкие очертания плеч, безупречно ровная кожа, огромные тёмные глаза с пушистыми ресницами, волна светло-каштановых волос и пухлые, чувственные нежно-розовые губы – должно быть, именно такого эффекта добивалась Инна Молога, бегая к косметологу, но никакие инъекции не могли сравниться с этой небрежной естественностью.

Я сама показалась себе невзрачной мышью, но быстро встряхнулась и заставила себя улыбаться.

У меня другой тип красоты. Во мне нет этой сочной, мягкой женственности, я не создаю впечатления, будто вся состою из изгибов и изменчивости.

Но у меня выразительное скуластое лицо, тёмные брови вразлет и красивая улыбка. Мне идут длинные кошачьи стрелки и ярко-алая губная помада, а тонкие линии ключиц и узкие плечи – это тоже красиво. Пусть и иначе.

И совершенно не за что тут себя грызть!

– Привет, Карин, – заставив уголки губ застыть в улыбке, произнесла я. – Ночные съёмки?

– А ты надеялась, что нет, коза этакая? – вкрадчиво поинтересовалась женщина мечты.

Резковатая, излишне чёткая манера речи настолько не вязалась с округлым лицом и покатыми плечами, что голос казался наложенным на изображение, как при плохой озвучке фильма.

Карина была мертва почти сто лет. Она даже вызнала, кто утопил её и за что, – свои же, за внебрачного ребёнка, – но, в отличие от многих навок, не жаждала мстить за свою смерть. Месть означала упокоение.

Карина слишком любила жизнь. Меня – не слишком. Это было вполне взаимно и послужило отличным фундаментом для крепкой женской дружбы.

– Сама коза, почему я вечно звоню первая?! – капризно возмутилась я.

– Потому что ты младшая, и скажи спасибо, что миновали те времена, когда это приравнивало тебя к пульту от телевизора, – немедленно парировала Карина и тут же переключилась на другую тему, не позволив проехаться по своему возрасту: – Курултай начинает нервничать. Половина хочет уничтожить человекоподобных гомункулов, пока они не начали лишать работы их естественную кормовую базу, а вторая спит и видит себя владельцем бригады-другой.

Какие настроения в Москве?

– Всем плевать, – предельно честно ответила я.

Помимо всего прочего, Карина Уфимка была представительницей навок в Курултае Нави города Уфы. Строгое воспитание в патриархальной деревенской семье не слишком способствовало скромности и смирению, и Карина могла перегрызть горло любому оппоненту, отстаивая свою точку зрения, как когда-то отстаивала своего нерожденного ребёнка.