Эта опасная планета

Эта огромная крепкая женщина возникла на пути так внезапно, насколько это было возможно, но недостаточно внезапно для Шиона.

– А, это вы, – вздохнула она с облегчением и опустила портативный парализатор марки “Пульсар”. – Парни, что это с вами?

Шион знал, как выглядит, накинул капюшон и без слов обогнул озадаченного пилота. Кожа пылала, потому что хищник спешил начать пищеварительный процесс, и едкая кислота обожгла открытые участки тела. Повезло, что одежда была сделана из сверхпрочного материала и почти не пострадала.

– Она недавно успокоилась, – пояснил доктор Терренс. – Но все происходит именно так, как ты сказал.

Свет упал на лицо девушки, и оно заблестело от слизи. Шион плотно запахнул края палатки и направился к костру. В кармане исходила соком-кровью еще живая сердцевина цветка. Шион опустился на корточки и развел огонь.

– Что ты планируешь делать? – спросил Джордан. Он выглядел потрепанным и все еще подозрительным. Шион подул на огонь, раздувая пламя, и вытянул руку в сторону.

– Котелок, – велел он.

Джордан, немного поколебавшись, закопался в походных сумках. Шион, получив желаемое, бросил сердцевину на дно котелка, и уже через пару секунд она начала шипеть и выделять прозрачную жидкость. Запах при этом стоял такой, что заслезились глаза.

– Гадость! – завопила Биф, вернувшись с обхода лагеря. – Вы смерти нашей хотите?!

Шион равнодушно пожал плечами и продолжил наблюдать за тем, как шкварчит на дне котелка кусок растительной плоти.

Сам он вони не замечал. Если хотел, он мог управлять реакциями своего организма, усиливать их или, наоборот, затормаживать. Джордан не выдержал и, натянув ворот майки на лицо, ушел проведать Микеллу, остальные тоже разбрелись, чтобы не вдыхать смрад. Шион взял поджаренную сердцевину в руку и сжал пальцы. Мякоть схлопнулась, и сок брызнул на стенки котелка. Боли Шион тоже сейчас не чувствовал, но знал, что она должна быть.

Он взял котелок за ручку и понес в палатку больной.

– Все вон, – приказал он, и ни у кого не возникло желания ослушаться. Шион сел рядом с девушкой, установил еще горячий котелок и погрузил пальцы в склизкую прозрачную массу.

– Мама? – Микелла заворочалась и слепо зашарила руками. – Где она? Мама?

Глаза у нее были широко распахнуты, но затянуты мутной белесой пеленой. Шион погладил ее по мокрым от пота волосам, и девушка успокоилась.

Еще около часа, и ее нельзя будет спасти.