Ангел и Ромашка

- Бука, - по-детски надув губки, буркнула давно повзрослевшая девочка.

- Бяка, - сообщила и я, глядя на то, как Ангелинка, вырядившаяся в не по погоде короткое платье из шерстяной материи черного цвета, переходит к следующем магазину, бойко переставляя ноги, обутые в сапожки на высоком остром каблучке. Уму непостижимо, как она в них умудряется ходить.

Задумавшись, я перевела взгляд на освещенную нежным розовым мерцанием витрину, где на подложке из бордового бархата лежали золотые цепочки, кулончики, незатейливые и замысловатые кресты.

Одно из изделий более других приглянулось мне из массы таких же. Оно приковало меня к себе и не отпускало. Овальная подвеска, состоящая из двух половинок для фотографий, с полостью для хранения памятных предметов. Средних размеров, с тонкой ажурною вязью, женственная и теплая.

Следует пройти мимо, предпочесть достойный подарок, полезный в быту, а не побрякушку, коих Геля и без меня способна набрать немерено. Но… Выбор. Вновь он. Шагнула ближе к стеклу, всматриваясь и влюбляясь в вещицу, притаившуюся за ним, с каждой секундной сильнее.

- Классная идея, Маш.

Я улыбнулась. Сестра единственная понимала меня сразу и без объяснений. Как в этот момент. Душа в душу, одним целым. Пусть со стороны иногда выглядело все иначе (мы, бывало, ворчали друг на друга и спорили прилюдно).

Надо ли говорить, что спустя каких-то полчаса мы стали счастливыми обладательницами подвески и цепочки, подобранной в едином стиле. А еще через малый промежуток времени в медальон были помещены наши микро-фото (спасибо ТЦ, где можно заказать что угодно).

Две искорки, разгорающиеся при всяком открытии створок.

- Так, я домой, - воскликнула Ангелина, когда мы выползли на свет Божий из жарких и возбужденных объятий мегамаркета.

Зимние сумерки поглотили в свои сети мир вокруг, позволяя редким для этой части города уличным фонарям освещать скромные пятачки пространства. Небо нахохлилось, словно обиженный воробей, напустило на себя грозный вид темными, рыхлыми, тяжелыми тучами.

Но пугаться и злиться на них никто не спешил, поскольку в вечернем морозном воздухе без какого-либо порыва ветра плавно кружили резные белые снежинки. Танец великолепных балерин, завораживающий и пленительный, умиротворяющий и настраивающий на волну спокойствия и тихой радости.

Постояв пару минут и понаблюдав за танцевальной феерией, я взглянула на сестру. Красавица, все-таки, хоть и вредная.