Ангел и Ромашка

Такой же возбуждающе манящий, как брат, только опыта не хватает и всё. Но нет, мне нельзя, ни-ни….

- Девушки, ещё раз прошу простить меня, - начал Артеш, - позвольте представить моего брата. Даннеш. Он временно погостит у меня, если вы не возражаете. А после обязательно вернётся и продолжит обучение.

О его «временно» и «обязательно» реально было порезаться, если подойти близко. Скорее всего, это понимал и Даннеш, который молча выслушал скупую и малоинформативную справку о нем, не воспротивившись указанию старшего в ближайшем будущем отправиться домой.

- Приятно познакомиться с удивительными красавицами, сплошное удовольствие разделить с вами трапезу, - ох, льстец. А как улыбается, а как мягко стелет, прямо «пучок одуванчиков»[1], а не «взрослый мужчина», - но с Артешем всегда рядом находятся чрезвычайные красавицы, а часто и не одна….

- Даннеш, - рык разъяренного льва раздался в комнате, отчего хрупкие детали люстры жалобно звякнули, угрожая осыпаться вниз.

Маша безмятежно взглянула на испугавшееся дребезжащее украшение залы, после чего перевела взгляд на младшего из братьев и, обозначив таинственную улыбку Моны Лизы на губах, сообщила ему:

- Можно лишь позавидовать отменному вкусу вашего брата.

- Это да, - чуток подрастеряв былую уверенность, подтвердил Даннеш. Он поспешил завершить сложившийся в невыгодном для него свете разговор и занять свободный стул, присоединяясь к нам за столом. После некоторого времени молчания, он всё-таки не выдержал тишины и спросил:

- Брат сказал, что вы не местные, а откуда вы?

Глядел он при этом на меня, несмотря на обращение во множественном числе.

- С Земли, - также поддавшись к нему, нежно прошептала я.

- С Земли, - растерянно повторил Даннеш и повернулся к Артешу с явным желанием что-то уточнить у него, но не успел и рта раскрыть, как тот его перебил:

- Они землянки, обе. Появились утром и ничего не знают о Шарэттэ, но я пообещал им всё рассказать и расскажу.

Парень опустил взгляд вниз, возобновив помешивание жидкости, но делая это задумчиво и не так равномерно, нервно. Что не могло не насторожить. Машу, вероятно, настигли те же мысли. Она упрямо воззрилась на Артеша и твердо произнесла:

- Я думаю, рассказать нужно сейчас.

- Вечером, - не согласился Артеш. Тон и настроение мужчины не предполагали дискуссии. Спорить бесполезно, это было понятно всем, поняла это и сестра.