Солнце, что следует за Луной. Наттеньеры

«Уж не от испуга ли?» – подумала Елена, мысленно улыбаясь. Лейв протянул Елене драгоценный кубок.

– А с тобой, ведьма, я тоже скоро разберусь, – процедил он сквозь зубы с ненавистью.

– Дорогой брат, аккуратней, – неожиданно произнес Кольбейн, пристально за ними наблюдавший, – а то сейчас, чего доброго, прольешь вино на свое дорогое платье.

– Да это будет такая неприятность! – согласилась Вигдис.

– Мне тоже вина! – сказал Кольбейн, поднимая кубок.

Холодея всем телом, Елена подошла к нему.

– Ах, какая жалость, что вашего отца нет на этом обеде, но он сопровождает деверя, это несомненно важно, – проговорила герцогиня Родгена, – Вигдис, дитя мое, ты уже подумала о подвенечном наряде? Об этом надо заботиться уже сейчас.

Вигдис покраснела от смущения.

– Нет, еще не думала, – ответила она и повернулась в сторону Родгены, так что и не заметила, как Елена склонилась к Кольбейну и начала наливать вино.

«Возможно, именно сейчас у меня есть шанс предупредить его об убийце?» – подумала Елена, стараясь смотреть только на свои руки, держащие кувшин.

– Ваша светлость, – обратилась она тихо, но так чтобы только Кольбейн мог услышать. Он тут же поднял на нее глаза, казалось, он с нетерпением ждал возможности поговорить с ней, – я думаю, убийца, что нападал на вас вчера, все еще в поместье.

Кольбейн поднес кубок к губам.

– Я знаю, – спокойно сказал он.

Елена с удивлением посмотрела на него. Он знает?

– И еще, – добавила она чуть слышно, – берегитесь своего брата, он... – но Кольбейн не дал ей договорить.

– Лучше скажи мне, почему ты так невероятно бледна сегодня? Ты заболела? Что с тобой?

Она сначала не смела, но потом набралась храбрости и встретилась с ним глазами. Зачем он спрашивает? Он не знает ответа? Почему он ей кажется таким родным и близким сейчас? Ведь именно этот обед должен был разлучить их навсегда.

Елена слишком долго стояла возле Кольбейна, и понимала, еще несколько мгновений, и их заметят. Опустив глаза, она с поклоном ответила:

– Его светлости не стоит более беспокоиться обо мне.

В глазах Кольбейна промелькнула растерянность.

– Елена... – хотел было он еще что-то сказать. Но она уже отошла.

– Наполним же кубки вином и выпьем за молодых! – проговорила герцогиня Родгена, поднимаясь со стула. – Желаю, вам, мои дорогие, счастливого брака и много детей, наших внуков!

Все последовали примеру хозяйки и встали со своих мест, все, кроме Лейва.

– Я посижу, уж не сердись, братец, – проговорил он, поднося вино к губам.