Солнце, что следует за Луной. Наттеньеры

– Как же надо действовать, ваше высочество?

– Сейчас у них у всех один враг – наша Империя, поэтому они с такой легкостью объединяются в союзы, тревожат наши границы, не дают стране покоя. Мы же должны сделать так, чтобы они грызлись между собой. Разделившись сами в себе, погрязнув в междоусобной войне, они ослабнут. А по одиночке разбить их будет намного легче. Одно дело разобраться с кучкой дайсанов, другое дело с огромной объединенной армией. Мы должны сделать все, чтобы внутренние конфликты поглотили их с головой, это даст Империи отдых от бесконечных войн и стычек на границах, нам всем нужно время великого покоя и мира, для процветания, чтобы жизнь забила ключом.

Так что, мой дорогой друг, я далек от благородных намерений по отношению к Северной Ардии, если на данный момент она – враг Империи, значит ее надо уничтожить, а еще лучше это сделать руками самих ардийцев.

Догеля покоробило от этих слов, но он опять промолчал. Кольбейн же успел уловить выражение его лица.

– Что? Тебе не нравятся мои рассуждения? Говори!

– Разве я смею возражать вам, ваше высочество? – отвечал с поклоном Догель.

– Перестань, старина, я хочу услышать твои мысли, пускай они будут не очень милы моему слуху, но зато это будет правда. Я, знаешь ли, с детства питаю какую-то особую симпатию к людям, не боящимся говорить правду в лицо, какой бы они ни была. И ты всегда был таким человеком – открытым и прямым. Ну так что же? Тебе бы хотелось услышать, что я брошусь на спасение ардийского народа от беды, которую они добровольно накликали на свои головы?

Догель покачал головой.

– Нет, ваше высочество. Я знаю, кто вы. А вы так же знаете историю моей жизни. Как мои родители бежали из Северной Ардии в поисках лучшей доли, но вместо этого угодили в плен к дайсанам. Ни отца, ни мать я с тех пор не видел. Мне было девять, когда меня выставили на торжище и продали в рабство за десять золотых утен. Так и я попал в подчинение наместнику Баеду родному племяннику номаха Нинурта Великолепного, а дальше меня отправили гребцом на галеру.

Целью всех наших выходов в море была нажива, грабеж торговых кораблей, но однажды нам встретился настоящий боевой галеон – ваш галеон, господин, ну и потом…

Кольбейн подошел к Догелю и по-дружески похлопал того по плечу.

– Да, то была славная битва, дружище, – произнес он с улыбкой, – до сих пор чувствую запах пороха и вижу горящую матчу того суденышка, на котором плавали те прихвостни –твои хозяева.