Солнце, что следует за Луной. Наттеньеры

Волки явно трусили, их было больше, но волчица была крупнее и свирепее. Вожак медленно попятился назад, кровь сочилась струйкой из раны на его косматой шее, некоторое время он еще постоял, словно оценивая, сколько у него шансов на победу и затем, махнув хвостом, медленно ушел в темноту. Тут же за ним, семеня лапами и рыча, последовали два остальных волка.

Все еще не веря в свое спасение, Елена упала на колени, ее колотило. Едва дыша, она подняла голову. Волчица стояла возле костра и смотрела на нее.

– Спасибо тебе, – заикаясь, смогла выговорить Елена, стуча зубами.

Волчица молча развернулась и скрылась в черных кустах.

Ноги не слушались Елену, она подползла на карачках к спящему герцогу и испугано прижалась к нему.

– Пускай быстрее наступит рассвет! О, Небеса, пускай быстрее наступит рассвет! – молила она, не переставая. Ее била дрожь. Она боялась смотреть по сторонам, страшась того, как бы из обступившей их тьмы снова не показались горящие волчьи глаза.

Но какой бы длинной не казалась ночь уставшим путникам, рассвет обязательно наступит.

И Елена, так мучительно ожидавшая восхода солнца, даже не заметила его прихода, так как мирно спала на груди Кольбейна. Солнечный луч упал на лицо герцога, он невольно зажмурился и медленно приоткрыл глаза: голубое небо среди макушек деревьев и щебетание птиц – вот что предстало его взору и слуху. Кольбейн глубоко вздохнул и тут же снова закрыл глаза. Он был еще слишком слаб.

– Что со мной? – прошептал он едва слышно. – Где я?

Сознание его мутилось, он хотел было поднять руку, но резкая боль пронзила все его тело.

– А! – вскрикнул Кольбейн, морщась от боли.

Этот крик разбудил Елену. Она поднялась, потирая сонные глаза, взглянула на герцога и застыла в изумлении.

– Ваша светлость, вы пришли в себя?! Вы очнулись! Очнулись! – и, смеясь сквозь слезы, Елена крепко обняла Кольбейна.

Но, видимо, не рассчитала силы, так как герцог тут же застонал от боли.

– Простите меня, ваша светлость! – испугалась Елена, осматривая бинты, не проступила ли где снова кровь.

– Что это? Елена? Как это возможно? – прошептал изумленный герцог. Он открыл глаза и посмотрел на нее.

– Я, видимо, умер и попал к праведным предкам?

Кольбейн попробовал улыбнуться, но лишь судорожно сглотнул.

– Прошу вас, не говорите ничего, – успокаивала Елена, разволнованного герцога, – вам надо поправляться и беречь силы, ваша светлость.

Она взяла флягу с водой и поднесла к губам Кольбейна, он стал с жадностью пить прохладную влагу.