Волчица для императора чудовищ

- Хорошо, - я вздохнула, понимая, что творю глупости, о которых меня ещё заставят пожалеть. – Помнишь дорогу? Я отведу тебя и оставлю неподалёку от лагеря, и пусть твой братец возвратит тебя домой.

Девчонка остановилась и сощурилась.

- Зачем тебе мне помогать? Зачем вообще всё это?

Я закатила глаза. Вовремя она решила вопрос задать, когда её уже освободили и даже плащ дали. Между прочим, он у меня единственный.

- Потому что я не желаю войны с твоим народом, - тем не менее, ответила я.

Глава 1. Об избалованной девчонке, белых магах и волках-оборотнях

- Арлана.

Мы с девчонкой пробирались через лесную чащу. По словам этой пигалицы, лагерь чернокнижников раскинулся рядом с чёрным лесом. Я припомнила местность: между нашим и чёрным лесами располагалась моя старая деревня, три месяца назад большая и богатая.

Когда пришли мужчины и женщины в белых одеждах, ни я, ни мой брат не подозревали, что вскоре мы все изменимся. Поначалу белые маги показались нам королевскими благодетелями: магически утеплили нам дома, что всегда кстати, ведь за жарким летом следует холодная осень и морозная зима, привезли одежду и обувь, а так же раздали доверчивым деревенским людям хлеб, соль, сахар, картофель и даже ягоды вишни, что почему-то никогда у нас не цвела.

Помню, как раскусила первую ягодку, и она кисло-сладко разлилась у меня на языке. Ничего вкуснее я в жизни не пробовала. Они купили нашу любовь, заставили поверить в то, что благородным магам не всё равно на простых жителей, а потом превратили нас в чудовищ.

Те люди никогда не были благодетелями, они были учёными королевского двора: еда содержала особое зелье, а магическая защита превратила наши дома в клетки. В ту ночь, когда всё произошло, сотни деревенских содрогнулись от боли. Мы пытались покинуть дома, я слышала, как люди кричали, стучали в двери, не в силах их выломать, не имея возможности раскрыть ставни на окнах…

Это была страшная ночь. Я лежала на полу, свалившись с печи, и корчилась от боли, а мой старший брат, единственный живой родственник, которого я когда-либо знала, не сдавался до последней крупицы времени, пытаясь вынести чёртову дверь.

Перед моими глазами прыгали разноцветные пятна, во рту пересохло, меня ломало и трясло. Его тоже, хотя он был сильнее, он не кричал так громко, что сорвал голос, в отличие от меня. Однако… и я оказалась сильнее многих.

В ту ночь мы проходили первый оборот в волка. Зелье сливалось с нашей кровью и меняло нас, превращало в нечто иное.