Княжна Севера

Усложнила все настолько, что сейчас и не поймешь – как сделать лучше, исправить? Хорошо теперь рассуждать задним умом… И как же трудно мыслить разумно, когда душа стонет от обиды, когда рушатся все надежды. А Сокол?

- Зачем тогда эта одежда? Ты же все решил еще до этого разговора, иначе не принес бы ее мне.

- Нет… тогда еще не совсем. Решил я сейчас. Собирайся… - решительно поднялся он с места.

- Времени мало. Я опять ненадолго отъеду. А вы тут пока…

- Мне, наверное, нужно будет вернуться, Сокол. Я все сделала не так.

Но исправить еще можно, - я взглянула в сторону молчаливой Любчи, - и теперь точно есть весомая причина уйти от мужа к ведьмам. Но не так, не побегом, а правильно.

- Решать тебе. Просто немного погоди. Не хочется терять твои золотые, знаешь ли, - хмыкнул он. Подождал, когда я послушно кивну и вышел. Может и вправду предложит что дельное? Возвращаться же, ой как не хотелось.

Я повернулась к Любче, замялась, подбирая слова:

- Мне самой себя страшно. Ты боишься теперь меня и хочешь сейчас быть подальше.

Знаешь… меня столько раз пинали, а когда и всерьез били, что я думала – сама не подниму руки на человека никогда. Пускай лучше отсохнет. Не знаю – что на меня нашло? Я не хотела этого. Но прощения просить не буду – ты не должна была говорить ему.

Она кивнула и отвернулась.

- Лучше тебе, и вправду – к ведьмам.

Я и сама это знала, а вот она сказала, чтобы уколоть меня в отместку. Я никогда не думала о ней, как о прислуге, а теперь и подруги у меня больше нет. Или мы никогда и не были подругами? Скорее – просто соседками поневоле.

- Так… раз такая причина, то точно придется. Я больше не подойду к тебе, не бойся.

Чтобы занять себя чем-то, развернула сверток с одеждой, что бросил мне Сокол: просторные штаны из плотного темного полотна, широкая и длинная светлая рубаха с бледной вышивкой на груди – застиранная. Посмотрела на все это и стала переодеваться. Все было очень широко для меня и пришлось оторвать от подола своей верхней рубахи широкую полосу.

Я сложила ее втрое и завязала - получился какой-никакой кушачок.

Потом сидела и ждала Сокола, выходить одна никуда не стала. Любча уснула, а я лежала рядом и думала. Чуть больше половины дня прошло, а меня будто выжали досуха – такой длинный день, будто целую жизнь прожила… поспать бы тоже, дать своей дурной голове отдых от мыслей. Уже будто и проваливалась в дрему, но разве ж всегда бывает так, как хочется? Сокол стукнул в дверь и позвал выходить, я и вышла.