Семейные Ценности

— И не играйся с едой!

— Глупый Тсуна! Не лезь, когда тебя не спрашивают! — На это Савада ошарашено посмотрел на мальчика и чуть было не придушил его взглядом.

— Тупая корова, не надоедай Джудайме! — рыкнул на Ламбо Хаято. — Иначе запру тебя в ящике с динамитом и отправлю на Луну!

— Бе-е-е! — протянул Ламбо, высунув язык. После чего запрыгнул на стол, повернулся к Гокудере задом и с издёвкой произнёс: — Ну, давай! Отшлёпай меня, Глупудера!

— Ах, ты! — вырвалось у Хаято, после чего он сорвался с места и помчался за мальчиком, что был одет в костюм коровы.

— Эх, как же стыдно… — протянул Савада, пряча лицо в ладонях.

— Ха-ха-ха, тут всегда так шумно и оживлённо! — улыбнулся Такеши. — Никогда не успеваешь скучать.

— Когда же мой братец повзрослеет? — протянула Бьянки томным голосом. — Он такой ребёнок…

Эти слова были подобны ножу, воткнутому в спину, но я сделала вид, что не расслышала её. Уже сам факт возможности видеть Бьянки здесь и сидеть за одним столом, делают меня… капельку счастливой.

— Давайте перейдём к делу, — предложил Реборн, краем глаза следя за Наной, матерью Савады, чтобы та держалась на расстоянии и не слышала разговора. — Раз Велия может понимать нас и говорить на японском языке, самое время обсудить все вопросы лично. Вел, — Аркобалено повернулся в мою сторону. — Тебе всё ещё нужен Гокудера Хаято? Уже долгое время ты не предпринимала совершенно никаких попыток, чтобы переубедить его.

— Я не буду больше звать Гокудеру в Италию, так как понимаю, что это бесполезно, — ответила спокойным голосом.

— Правда? — обрадовался Тсуна.

— Тогда ты возвращаешься в Италию одна? — продолжал расспрос Аркобалено.

— Нет. Без него я не могу вернуться.

— Хм-м-м… — протянул Такеши. — Это что же получается? Ты не можешь его забрать и не можешь уехать… То есть, ты останешься тут?

— Похоже на то, — согласно кивнула.

— Надолго? — тут же поинтересовался Реборн.

— Без понятия, — пожала плечами.

— Учитывая то, как продвигаются дела, уверена, что надолго, — бросила Бьянки, смотря куда-то в пустоту перед собой. — Наша мать так просто не успокоится. Она любит получать то, что ей хочется. И если она вовремя не получает желаемое, то становится действительно жестокой.

Тебе ли об этом говорить, Бьянки? Однако это правда.