Сказка? Жизнь!

Они уже пять минут как ушли, но меня до сих пор не отпускала тоска в глазах Пани.

Вечер прошёл спокойно. После ухода, девушек долго не могла успокоиться и решила, что ни будь приготовить и подумать, о том, как круто изменилась моя жизнь за последнее время. Почему-то я не вспоминала про свою прошлую жизнь, словно она была сном. Мои родители и родственники, отошли на задний план, казались чем-то не реальным.

Наготовила много, даже не заметив, как пролетело время за чтением и готовкой.

Перемыв всю испачканную посуду, убралась на кухне активировав заклятие. Счастливо вздохнула, можно поесть и отправить в стазис еду, хватит на неделю, а может и больше. Изысками я не была избалована, мне и местная столовая за счастье, хоть домашняя еда и вкуснее.

Нравилось мне здесь очень, раз и всё чисто, два и не надо заморачиваться со стиркой, три и ты уже с красивой причёской. Последнему меня граф научил, самый простой пучок на голове, но для Академии самое то, да и разрешенная бытовая магия, что не возбраняется.

Мне вот даже тогда не пришло в голову спросить от куда он знает об этом. Хотя он же столько лет преподавал здесь, мало ли, всё же правильно, что не стала спрашивать, было бы не удобно.

Убрала всё в стазис, подхватила тарелку и чай, пошла в гостиную. Уселась и вдохнула аромат, который источала творожная запеканка. На ночь есть вредно, но устоять было сложно.

Дверь резко распахнулась, прервав меня на столь лирической ноте, заставляя мою улыбку сползти с лица.

Лена стояла с потерянным видом в изорванном платье, прическа потеряла свой вид. Косы словно змеи, струились вдоль бледного лица.

Она, словно не замечая меня прошла к своей комнате, поднесла руку к пластине, но передумав отдёрнула и обернувшись, закрыла лицо руками осела на пол, заходясь в рыданиях.

— Лена, Леночка, что с тобой? – бросилась ей на помощь, пытаясь поднять с пола.

— Они всё это устроили специально для нас, нищих, — сквозь рыдания услышала я, — чтобы обновить состав прислуги и любовниц.

Не нашлась, что можно на это ответить, впав в ступор.

— Пани им прислуживает. Я же не сразу поняла, они так ухаживали красиво, пока один не потащил меня в комнату, — она рыдала, а я, прижав её к себе укачивала как ребёнка, молча утешая.

— Пойдём в душ, смоем это все с тебя, станет легче, — сказала я ей, когда рыдания начали стихать.