Бокал эльфийского

— Нет! — Лара предприняла последнюю попытку вернуться на место.

На коленях Валентайна, безусловно, уютно, но все развивалось так быстро и пугало госпожу Даш. Еще вчера их отношения не заходили дальше одного единственного поцелуя, а сейчас декан, несомненно, предлагал сыграть в эротическую игру. И где — в ресторане!

— Почему? — обиженно поинтересовался Валентайн и сам ссадил Лару с колен. — Понятно, не доверяете, — помрачнев, протянул он. — Хорошо, госпожа Даш, отныне я буду делать вид, будто никогда вам ничего не дарил, у нас сугубо деловые отношения.

Госпожа Даш в недоумении смотрела на декана, силясь понять причину столь резкой перемены настроения. Вот и складка на лбу пролегла, и губы обиженно поджались.

Валентайн налил себе вина, сделал глоток и покосился на не сдвинувшуюся с места Лару.

— Ну, что же вы? За ужин плачу я, домой обязуюсь отвезти в целости и сохранности, так что ешьте, пейте. Десерты тут действительно вкусные, вы оцените клубничный суп с мятой и шоколадной крошкой.

И не переживайте, инциденты с лимонным тортом и поцелуями больше не повторятся.

Как назло, Ларе тут же захотелось, чтобы Валентайн ее поцеловал, даже губы зачесались, но просить она не стала, вместо этого вернулась на место и отрезала кусочек остывшего фазана.

В дверь постучались, и официант тактично, не заглядывая, спросил, когда приносить десерт. Валентайн покосился на безмолвствующую Лару и ответил: «Через двадцать минут». Дверь тут же закрылась, и они снова остались одни.

Задумчивый декан много пил, а Лара все не решалась задать волновавший ее вопрос.

Холодный фазан сиротливо лежал на тарелке, истерзанный ножом и вилкой.

— Разве невкусно? — Валентайн очнулся и обратил внимание на плохой аппетит Лары.

— Нет, благодарю вас. Господин Сарен, — она, наконец, отважилась и пристально смотрела декану в глаза, — для чего этот шантаж и этот ужин?

— Ужин — чтобы сделать вам приятное, а шантажа не было. Вы меня обидели, Лара, только и всего. И не спорьте, опять решили, будто я собираюсь сделать что-то непристойное.

А мне всего лишь хотелось поцеловать вас в затылок. С закрытыми глазами ощущения иные, вы же такая зажатая… Словом, уже неважно. Съедим десерт и попрощаемся. Роз дарить больше не стану, а то поймете превратно.

Лара ощутила себя бесконечно виноватой. Сидела и не знала, что сказать. Валентайн же подливал масла в огонь, демонстрируя полное безразличие. В итоге госпожа Даш не выдержала и попросила прощения.