Глазами сокола

Он ворошил немногочисленные вещи; под его тяжёлыми шагами скрипели тёмно-серые доски. Он должен был лететь, чего бы это не стоило. Лазурного камня нигде не было. Он, будто бы исчез вовсе. Белый был на месте, но толку-то от него одного?

Сириус выдвигал ящики, открыл сундук, вытряхнул на кровать содержимое собственной сумки, но камня не было и там. Они его забрали. Где он? У Деймоса? Охотник понял, что нужно просто заставить мальчишку вернуть украденное.

Деймосу не был знаком щелчок, с которым заряженный «огненный стрелок» готовится к выстрелу.

Но звук этот вызвал в юноше тревогу и заставил обернуться. Сириус целился в него. Охотник явно был не в себе, Деймос замер, боясь пошевелиться.

– Отдай его мне, – сказал Сириус.

И голос этот показался Деймосу совершенно чужим.

– У меня его нет, – ответил юноша.

Охотник не сомневался, что парень лжёт. В мгновение ока он позабыл, кто стоит перед ним и искренне возненавидел нового врага. Алгар зашёл тогда, когда Сириус уже был готов нажать на курок.

И Слава Небесам, что его привлек шум беспорядочных поисков.

– Сириус, опомнись! – воскликнул он.

К счастью, охотник услышал его. К своему ужасу он осознал, что чуть не совершил, какое злодеяние могло здесь произойти по его вине. Дорогое оружие выпало из его дрожащих пальцев. Молодой мужчина внезапно превратился в отчаявшегося, потерянного человека, бессильного и неуверенного ни в чём. Он и так не знал, что ему делать, а теперь и здравомыслие его подвело.

Алгар вытащил камень из своего кармана и бросил на пол, к ногам Сириусу.

– Губи себя, коли желаешь, а нас не впутывай.

Он увёл ошеломлённого юношу. Дверь за ними закрылась. А Сириус поднял камень. Что ему ещё оставалось?

Глава 29. Во имя любви

Через ворота Эстеврии, которые не открывались уже несколько дней, отчего нехотя поддались обледеневшие засовы, въехала одинокая всадница.

Конь её был редкой породы, легконогий и красивый настолько, насколько могло быть красивым животное с чистой родословной.

Его ничуть не смущал холод, да и лёд не был ему помехой. Он скакал легко, чуть пританцовывая, радуясь каждому движению.

Всадница была смугла, черноброва и необычайно красива непривычной, насыщенной красотой. Волосы её были черны, как ночи земель, где обитали подобные ей. Стан её был тонок, изгибы тела были округлыми и плавными. Глаза же были пронзительного орехового цвета, и в форме своей повторяли что-то за чёрными кошками.