Путь целителя

— Повелителем духов? — Розетт посмотрела на Горги.

— Да, человек, который не был одарён духами, но смог получить их силы самостоятельно, подчинив магию себе. Вместе с огромной силой повелители духов сами страдают от того, что по их венам теперь течёт не предназначенная для них сила, и обычно это проявляется во всяческих уродствах, но поначалу казалось, что меня это обошло стороной. Я была всё также красива и полна сил, единственное, что пугало, я не могла ощутить свой поток жизни.

— И... После этого ты всех спасла? — С надеждой спросил Розетт.

— Да, с моими новыми силами это оказалось очень просто. Прошло не больше недели, как я заставила болезнь отступить. Я не могла вернуть к жизни ушедших, но спасти оставшихся мне было под силу. — На губах Горги проступила горькая улыбка.

— Меня считали спасителем, называли хранительницей острова, благословением Высшего. Устраивали пиры в мою честь, приводили на праздники своих детей, в чьих ясных глазах сияла благодарность. Дети радовались моему присутствию, но я не могла смотреть в их глаза; Боялась что кто-то узнает, что я натворила.

Никто не задумывался и не знал, какую цену мне пришлось заплатить за всё это. А я, стараясь забыть про неё, делала всё, что от меня потребуется. Я была готова помогать всегда и во всём, лишь бы принести, как можно больше пользы своими новыми силами. - Горги подняла свои руки и посмотрела на них.

— Я не сразу поняла, что жизнь и здоровье, которое доставалось другим, я на самом деле забирала у себя. Я начала стареть, очень быстро.

Бездумно растрачивая свою силу, забыв про то, чему я училась до этого, и излечивая всё, при помощи магии, я, всего за год, стала выглядеть примерно так, как выгляжу сейчас.

— Видя своё отражение, я не могла поверить, что моя красота, моя жизнь, так быстро утекли через пальцы. С каждым новым ритуалом я ощущала, как костлявая рука смерти, всё крепче сжимается на моём горле. Её дыхание, её голос, зовущий меня к себе, не давал мне спать ночами. Она смеялась надо мной, называла дурочкой, считающей себя умнее других, умнее самих богов и сулила самые страшные кошмары перед тем, как отправит меня на съедение своему мужу — Падшему.

Розетт вновь почувствовала дрожь, идущую по всему телу. Глаза Горги были серьёзны и сосредоточенны, она, не отрываясь и казалось вновь не моргая, смотрела в глаза названной дочери.

— Я и сейчас её слышу. — С невесёлой усмешкой сказала Горги, от чего у юная травница сдавленно вздохнула, ощущая, как по спине бегут мурашки.