Амулет на удачу

Хотя стоило признать, что к его чести о романах и похождениях с кем бы то ни было, в стенах Академгородка никаких сплетен не ходило.

– Рано делать какие-то определенные выводы, – продолжал тем временем следователь, зачем-то теперь рассматривая исключительно меня. – Всё же призываю вас быть благоразумными и не задерживаться в городе после наступления темноты.

– А почему только нас троих? – поинтересовалась Лоран, тихоня и отличница, она любила всё узнавать до конца. И добавила: – Месье старший следователь.

Кстати, меня этот вопрос тоже тревожил. Остальным девушкам беспокоиться не о чем?

– Чтобы не раздувать слухов, поскольку у нас до сих пор нет уверенности, что всё произошедшее есть злой умысел, я прошу вас о нашем разговоре не распространяться. Тем не менее, мы обязаны предусмотреть все и даже самые невероятные версии, – за следователя ответил второй, со значком.

– Потому, что убитая была голубоглазой блондинкой, как и вы. И студентка именно нашего факультета, – тихо ответил декан.

Мне профессора Дюрана сразу стало как-то жалко. Если это и в самом деле убийство, ему как декану и члену Попечительского совета академии в ближайшие дни весь мозг вынесут. Родители ни минуты покоя не дадут, будут скандалить «чтобы с моим дитятком ничего» и «Академия не обеспечивает». Видела такое как-то в нашей школе ещё дома, и не думаю, что здесь хоть что-то иначе.

– Но это пока одна из версий, – торопливо вмешался следователь. – Потому ещё раз прошу сохранить наш разговор в тайне.

– Да-а… – проблеяли мы хором.

Я заодно как бы невзначай взглянула на декана: правда ли он и в коридоре, и здесь смотрел исключительно на меня? Интересно, а бородка целоваться с девушками ему не мешает? И тут же залилась румянцем. Нет, ну что за глупости лезут в голову!

– Господа, вопросов к нашим студенткам нет? Тогда, девушки, возвращайтесь на занятия, – разрешил декан.

Сокурсницы торопливо развернулись и вышли, я, выдохнув, посеменила за ними. Уже на пороге приёмной и коридора была остановлена окликом декана:

– Мадемуазель Орешкина, задержитесь ещё ненадолго!

Мысленно матюгнувшись – хотя мне таких слов вообще знать не положено, я застыла ледяной скульптурой. Потом заставила себя оттаять и развернулась к профессору Дюрану. Коридор был пуст, занятия в самом разгаре.