Грани миров. Пленница тирана.

Шептун был не глуп и тут же догадался, зачем гостю понадобился яд.

— Нет, нет, нет, — затараторил он, размахивая руками, словно хотел отогнать злых духов, кружащих подле него. — Исключено, мэй, это незаконно, и потом, ни один колдун и даже шептун не возьмется за столь гнусное дело добровольно.

— Жаль, — проговорил Таймар, оборачиваясь к ребёнку старика.

Колдун проследил за княжеским взглядом и тут же всполошился.

— Не трогайте Оми! Вы ведь не звери?! — воскликнул он, подрываясь с места.

Таймар положил свою ладонь ему на плечо и заставил сесть.

— Не тронем, старик, если выполнишь мой заказ, за который, я напоминаю, тебя ждёт щедрая плата, — князь выложил на прилавок три золотых. — Лачугу свою в порядок приведешь, Оми приоденешь.

Стиснув зубы, старик замотал головой, даже не взглянув на деньги.

Таймар обернулся и кивнул Харуху, сам же вновь уставился на старика, но краем глаза поглядывал на отражение в витрине. В нем было видно, как капитан схватил мальца за ухо и чуть приподняв, заставил встать на цыпочки.

— Каким ухом ты дорожишь больше: правым или левым? — пробасил капитан.

— Не надо, прошу вас, не надо! — завопил мальчуган, но Харух тут же закрыл ему ладонью рот.

Ополоумевший дед завыл от ужаса и попытался кинуться на помощь к Оми, но князь преградил ему путь.

— Он не тронет твоего ребёнка, шептун, если ты выполнишь заказ.

Растерянный, захлебывающийся слезами старик тряс своей плешивой головой и пытался произнести заклинание, но князь приставил к его горлу кинжал, а Харуху велел уходить.

— И мальца с собой забери, — приказал он.

Харух тихонечко ударил заложника рукоятью кинжала по голове, и тот обмяк, после чего он завернул его в свой плащ, закинул на плечо и понес в укрытие.

Шептун, не страшась быть зарезанным, метнулся вперед, но князь быстро его перехватил и, усадив на рабочее место, заговорил:

— Я увезу твоего мальца в Барвирию и отдам на невольничий рынок, если ты не согласишься выполнить мою просьбу, — проговорил Таймар уставшим голосом и, расслабившись, сел рядом с шептуном.

Безразличный тон ночного гостя и его показная отрешённость сделали своё дело. До старика дошло, насколько бесцеремонные и не ценящие чужих жизней люди к нему пожаловали.

— Какой именно яд тебе нужен? — обреченно проговорил дед.

— Смертельный, шептун, смертельный.

— Ты понимаешь, что ответственность за души всех пострадавших возьмёшь на себя?

— Понимаю, — отмахнулся Таймар, радуясь, что так быстро склонил старика к сотрудничеству.