Грани миров. Пленница тирана.

— С чего ты взяла?

— Потому что мы всегда срываемся с места, когда ты влезаешь в скверную историю.

Отвечать Огайра не стал. Он не любил ни врать, ни оправдываться, поэтому просто взял за руку дочь и повел её в дом собирать вещи.

За два с лишним часа большой дорожный куль жены, маленький заплечный мешок дочери и сундучок с магическими артефактами Огайры были собраны.

— Взяли всё, что хотели? — спросил маг, снимая защиту со своего дома, чтобы соседи нашли брошенную ими скотину.

— Вроде, да, — откликнулись девочки.

— Тогда в путь, — проговорил Огайра и принялся заговаривать свой перстень.

Когда они оказались у стен башни, которую около века назад отстроил себе Грут, кей их уже ждал.

— Огайра, как я рад встрече! — поприветствовал его наставник.

— Вы знали о нашем приближении?! — восхищенно спросила Юна вместо приветствия.

— Конечно, бельчонок, я ведь великий и ужасный! Я обо всем знаю! — с театральным пафосом заявил кей, обнимая бросившуюся ему на шею девочку. — Здравствуй, Тара, хорошо выглядишь.

Тара сморщилась.

— Даже такой колдун, как ты, не может так безжалостно врать, — с упрёком сказала она.

— Ладно, выглядишь скверно, как и любая постаревшая женщина, — безразлично признался Грут, чем оскорбил гостью ещё больше.

Огайра посмотрел на покрасневшую от злобы жену и закатил глаза. Тара не любила колдовство и всё, что было с ним связано, и если своей семье она могла простить этот «изъян», то постороннему для неё кею ну никак не желала, оттого всегда нарывалась на грубость.

— Юна, покажи маме сад с валамарскими розами, — попросил Огайра, желая спровадить своих девочек, чтобы поговорить с наставником.

— Хорошо, — кивнула дочка и увела мать во двор замка, где Вольгер разбил сад такой красоты, какого не было во всём Роглуаре.

— Я вынужден просить тебя об убежище, Вольгер, — проговорил Огайра, когда они остались одни. — К накопленным в юности промахам я прибавил ещё несколько ошибок и теперь обязан исправить их.

— Мне кажется, что ты, как и всегда, слишком строг к себе.

— Нет, — заверил наставника маг. — На этот раз всё настолько серьёзно, что я хотел бы заручиться твоей поддержкой.

— Конечно, мой мальчик, конечно, — сладкоголосо пропел вечно цветущий Грут и подозвал слуг. — Вещи моих друзей отнесите в комнаты и велите подать ужин. — Так о чем таком важном ты хотел поведать мне, друг? — обратился он к Огайре.

— Я был в Валамаре, и там мне открылось пророчество, касающееся младшего сына Деорака.

— Пойдём, прогуляемся в лесу.