Страж света и тайная шкатулка

– Вы уже знаете, что пока будете жить тут?

– Да, большое спасибо вам за гостеприимство.

– Пойдем пить чай, заодно, поболтаем, – радостно предложила мама Алекса.

36. Маленькое чудо.

– Сплю на новом месте, приснись жених невесте, – проговорила я, засыпая в доме Алекса. Только вот жених мне не приснился. А снилось мне, что я оказалась в саду. Опять удивительно яркий и насыщенный сон. Я осмотрелась и решила пройтись по дорожке, затем увидела скамейку и присела. А потом ко мне подбежал малыш. Такой красивый и милый.

– Ну, наконец-то, повучивось, – радостно говорил он.

– Что получилось? – спросила я. А сама все продолжала обнимать и целовать мальчишку. Меня захлестнули такие эмоции! Солнышко мое...

– Мне папа раказывал, как приходил к тебе, и я тозе захотел поплобывать.

– Ко мне? – недоуменно переспросила я.

Малыш очень старается проговаривать все слова, как взрослый, но у него не все выходило. И от этого он был еще милее.

– Нуу, да. Папа мне говолил, что он довго пытався запувучить твое селдце. И я плишел сказать, чтобы ты быстлее папу любила. А то если ты его не полювишь, то тогда меня не будет. Я тозе тебя отень люблю, – последние слова малыш договаривал с грустью, и потянулся ко мне.

Я обняла его.

– Солнышко мое, все будет хорошо, вот увидишь. Твоя мама полюбит твоего папу, и все будет отлично, – если честно, я не особо поняла, о чем он говорит, думала, что это просто очередной сон, поэтому не сильно вникала. Пока малыш не сказал.

– Но это зе ты – моя мама.

– Как я? – недоуменно посмотрела я на мальчика. – У меня еще нет детей.

– Так я зе пришел из будущего, папа раказывал, как это делать. Я зе говорил. Мама, неузели ты думаешь, что я не настоящий? – горестно спросил меня малыш.

– Ну что ты! Ты настоящий, очень даже. Вот видишь, я щечки твои целую и обнимаю тебя, – поспешила я успокоить ребенка. А самой так тоскливо стало. Захотелось быть с ним всегда и не отпускать. Но все же я не до конца понимала, как такое возможно?

– Ты зе уже любишь, да?

– Тебя? Конечно да, мое солнышко! – погладила я каштановые кудряшки.

– Меня тозе, но я про папу говорю.

– А кто твой папа? – недоуменно спросила я.