Два пути одного сердца

Поэтому не только пальцы дрожали – всю меня вдруг охватил озноб.

Не превращаться в желе окончательно помогал кураж Эйо, его задорное настроение. Я не знала, чем меня снова огорошат, но вроде можно было надеяться, что чем-то не слишком... трагичным.

– Я утром зайду. Прогуляемся вместе за садик, пора хотя бы обручить вас нормально. А теперь – ступайте!

Меня заколотило с новой силой.

В каком смысле утром?! Я поняла – пора поговорить… Но не всю же ночь! Мы что, на всю ночь останемся… вдвоём?!

– Навеки, – ласково поправил Эйо вслух.

За всё время знакомства я не видела, чтобы Сущий столько улыбался.

В библиотеке было снова темно.

Правильно: Эйо что-то там говорил про пространства и реальности. В подробности вникать может и не стоит, но оно точно к лучшему: можно попытаться унять дрожь, пока иду наощупь ко входу и выключателю.

Я дёрнула руку, но Дрей сжал её крепче и не отпустил.

– Мне нужно!.. Свет, – едва пролепетала я.

Он молча поцеловал мои пальцы и затем тихонько дунул в раскрытую ладонь.

На ней остался… белый шарик, светящийся дымок. Невесомый и не осязаемый кожей сгусток света, очень красивый: мерцавший медленно плававшими в нём крошечными частичками, отражавшими и множившими сверкание друг друга.

Я забыла обо всём и наблюдала это чудо в собственной руке, лежавшей на ладонях Дрея. Потом наконец вымолвила:

– Это что же… и есть твоя магия?

Он склонился над нашими руками и дунул ещё раз, сильно. Сгусток разметался везде вокруг, частички поплыли вверх, постепенно озаряя нас мягким, но ярким сиянием, похожим на лунное.

– Просто свет, – улыбнулся Дрей. – Просто немного другая жизнь и другие правила.

Мне стало совершенно наплевать на то, о чём мы там собирались говорить. Да и бежать от Дрея… больше было решительно некуда. Я призналась себе, что хочу сейчас только одного – оказаться ещё ближе к нему под этим сиянием. И шагнула навстречу.

Дрей тут же притянул меня к себе и зарылся лицом в мои волосы.

Я до сих пор его боялась, ужасно боялась.

До слабости в коленках! Но странное дело – только он мне и не давал упасть теперь от этой слабости… и именно в его объятиях утих наконец озноб, я пришла в себя.

И тогда сознание моментально выдало беспощадный вердикт: целоваться нельзя! Главное – не целоваться, если я хочу хоть что-нибудь когда-нибудь выяснить!

– Дрей! Давай или сразу самое ужасное, или просто всё по порядку! – попросила я, прячась на его груди от него же.