Два пути одного сердца

Выпей лимонада или что здесь есть, Эйо наверняка оставил. Умойся и посиди. Ох, Элис! – Зора посмотрела на меня с укором. – Попробуй хоть раз в жизни улыбнуться моему мальчику и может сама наконец поймёшь, как он уже привык тебя ждать!

От этих слов в висках бешено забился пульс, а арависы буквально взорвались трелями.

Понимала ли она, что творит со мной такими намёками? Понимала! Сознание сопротивлялось глубокой эмоциональной луже, в которую я села, и подкинуло мысль: знает ли вообще Зора, что говорит, или выдаёт за действительность собственные желания?

Вслед за этим я начала всё же приходить в себя и моментально надулась:

– Это что же выходит, он на меня тут жалуется и всё докладывает?

– О, дитя, – закатила глаза старушка, – я живу так долго, что кое-что уже с состоянии понять, не выведывая факты под пытками.

Думать дальше мешало птичье пение. Как бы снова не расплакаться!

– Птицы! – нахмурилась я. – Не умею с ними обращаться... Но их ведь можно как-то оставить здесь, в комнате?

– Что, выдают с головой? – фыркнула Зора.

Затем вздохнула, отправилась к входной двери и открыла её. Арависы моментально вылетели.

– Но дальше – как получится, – скосилась на меня старушка, снова запираясь.

– Я уже видела, как получается! – вздохнула я. – До сих пор не понимаю, как идти на прогулку. Может... Может тогда и не стоит ходить?

– Только попробуй сбежать! – возмущённо отрезала Зора. – С собой арависов Дрей точно не возьмёт, не волнуйся... И знаешь что, моя девочка? Отправляйся-ка ты немедленно, пока голова вновь не забилась глупостями! Выглядишь отлично и платье идёт.

Как это немедленно?.. Я уставилась в одну точку и потеребила свой рукав, решаясь.

– Я правильно оделась и ничего не упустила?

Наряд я выбирала среди светлых, решив, что это верно для первой половины дня. Матовый бледно-серый шёлк мне понравился, а фасон показался самым строгим вариантом из всего, что попалось на глаза.

Однако, я всё равно испытывала неловкость: хоть и не Ренессанс, но вышивка, кружевная оторочка и самоцветные пуговки всё равно навевали мысли о костюмированном представлении.