Два пути одного сердца

Рина, скажи мне, что он просто в Григорьевском, что не мог умереть!

Она совсем побелела, но быстро опомнилась, сжала мою кисть и погладила по щеке.

– Нет… умереть не мог. Было бы… совсем по-другому, – Рина тряхнула кудрями, словно отгоняя дурные мысли, затем вдруг подскочила, потянула дверную ручку, с которой я недавно воевала, и с облегчением выдохнула. – Нет, солнышко, не мог! Как минимум – Переход был бы тогда открыт.

– Его нет здесь, я это чувствую! Он на Земле. Это точно!

– Конечно точно, если чувствуешь… Тебе ли не знать.

Господи, да как ты вообще-то тогда себя чувствуешь?! Ясно теперь, что с тобой!

Рина снова опустилась на траву и крепко меня обняла.

– Птицы… Они помогают. До них было совсем нехорошо.

Спустя несколько минут пришёл Лей, присел рядом и прикоснулся к моим вискам. Совсем как Эйо, я узнала ощущения. Стало ещё легче. Я схватила его за рукав и ему всё «рассказала» быстро и подробно…опять же, совсем как Эйо. Лей кивнул и тоже побледнел.

Вдруг вернулась Лита, посмотрела на нас по очереди круглыми глазами и показала в сторону лестницы.

– Там… Ох, я не знаю, что и делать! Там человек из ведомства Имидора и он требует немедленно вниз Алису Меликову. Знает, что она здесь.

– Элис, ты как? – спросила Рина. – Хорошо бы с ним поговорить, мы тогда явно начнём хоть что-то понимать.

Я кивнула и решительно поднялась – могла бы и с кругами перед глазами поползти, чтобы узнать, что с Дреем. А после помощи арависов и Лея готова была вообще бежать!

В холле ожидал суровый и бесстрастный человек-скала, коротко и безлико представившийся:

– Судебное ведомство Совета.

Кто из вас Алиса Меликова?

Я сделала шаг вперёд, отпустив руку поддерживавшего меня Лея. Чиновник кивнул, быстро приблизился и взмахнул рукой. В ней появился длинный лист бумаги, исписанный от руки, испещрённый подписями и утыканный печатями.

– Госпожа Меликова, во исполнение приговора Совета, после рассмотрения дела о подготовке фиктивного брака между представителями Старой Крови посвящённых Семей, от сего момента и на пять лет вперёд вам запрещены любые контакты с Семьёй Валей.

Как незамужней даме, не имеющей Семьи на Сиате, вам назначен опекун, к которому я обязан вас незамедлительно сопроводить. Приговор вынесен Советом Дорсы, согласован под Большим Древом Безмирья при предъявлении Летописи Имидоров и обжалованию не подлежит.