Стальная роза

Девочка заботливо обнимала брата, который старался больше не плакать.

— Она не будет вашей няней больше. Уж я об этом позабочусь, — пообещала я и отправилась к себе вниз.

В смысле, к себе? Этот дом весь мой! И почему я так беспокоюсь об этих детях?

Ответов на эти вопросы у меня не было. Как и на следующие.

Как эта «няня» смогла меня увидеть? Почему Маркус не имея способностей увидел меня тогда? Неужели, в момент сильной эмоциональностия приобретаю не только силу, но и физическую оболочку? Сколько вопросов и ни одного ответа! С появлением этой семьи все пошло не как надо.

И мне это очень не нравится.

Примерно за час до прихода Маркуса, Карлин выпустила детей из комнаты — голодных детей! — и погнала их на кухню кушать холодную кашу.

— Не смейте жаловаться отцу, иначе пожалеете.

— Думается мне, пожалеешь ты, — скрестив руки на груди, проговорила я, имея твердое намерение вызвать желание у няни здесь больше не появляться.

Меня она, к сожалению, не слышала. Лель перевела на меня взгляд полный надежды.

Это не укрылось от Карлин. Она вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.

— Я избавлю вас от этой гадости. Потом еще спасибо скажете.

Вот тут я вспыхнула.

— Это я-то гадость? Поганка, тебя вообще кто к людям пустил?

Дети хихикнули. Ну, хоть развеселила их, а то сидели с грустными мордочками, словно переняли лица у статуй в моем саду. Няне же их приподнятое настроение не понравилось, из-за чего она в очередной раз на них прикрикнула. Когда дети доели холодную кашу, вернулся их отец.

— Добрый вечер, госпожа Толь. Как вели себя дети?

— Чудесно, — приторно улыбнулась Карлин. Двуличная тварь!

Встав позади детей начала им говорить:

— Не показывайте вида, что я здесь. Как только Карлин уйдет, рассказывайте все отцу. Если что, я подскажу что говорить. Поняли?

Девочка еле заметно кивнула. С некоторой грустью я провела рукойпо головам детишек. И ничего не почувствовала. Как и дети.

Ситуация оказалась хуже, чем я думала. Маркус действительно не хотел их слышать.

И это никак не связывалось у меня в голове. Тот мужчина, который укладывал их спать и этот, который отмахивается от слов детей, никак не могли быть одним человеком. Неужели он не видит злые взгляды няни и несчастные детей?

— Прекратите свои капризы, — жестко сказал Маркус. — Госпожа Толь числится лучшей среди рекомендованных. Отправляйтесь в свою комнату, вы наказаны.

— Но…

— Риэль! Избавь меня от ваших глупых фантазий.