Стальная роза

Онане должна лежать здесь. А эта семья не должна быть в моем доме. Я не должна привязываться к этим детям. Но все идет далеко не так, как надо.

Я была в ярости. Эта мерзкая женщина вернулась. Едва Маркус ушел, я накинулась на ее. Но едва коснувшись ее, почувствовала боль.

Не поняла.

Попыталась еще раз, но меня словно сильный разряд тока ударял. На ней была защита. Действительно, защита.

— Теперь ты мне ничего не сделаешь.

Я схватила первую попавшуюся вещь — вазу — и запустила ее в женщину. Ваза осколками разлетелась от защитного силового поля.

— Принеси мне розу. Иначе детки пострадают.

Все плохо. Очень плохо. Я не хочу ими рисковать. Но и розу отдатьне могу ей.

— Я не знаю, где она.

— Так найди, — недовольно произнесла госпожа Толь. Она посмотрела наверх и в ее глазах зажглись злые искорки.

Обернувшись, увидела на втором этаже детей. Они стояли у лестницы,но не спускались.

— Идите в комнату, — мягко сказала я.

— Нет, — резко произнесла женщина. — Спускайтесь сюда.

Я слегка покачала головой.

— Я предупреждала тебя, чтобы ты уволилась сама. Зачем ты вернулась? Я не знаю, где эта чертова роза. Возможно ее вообще не существует!

— Ты думаешь я поверю тебе? Мне сказали, что она должна быть здесь! Я не оступлюсь, пока ее не достану.

Ей сказали? Кто?! Кто еще знает про эту проклятую розу?

— Я приказываю тебе, найди розу!

— Ты не можешь мне приказывать, — равнодушно произнесла я.

Карлин зло посмотрела на меня.

— Верно, — неожиданно спокойно произнесла она.

Внутри меня все похолодело, но внешне это никак не отразилось.

— Если ты говоришь о детях, то зря. Мне все равно что с ними будет.

— Кого ты пытаешься обмануть? Меня? Или себя? Признай, тебе дороги эти дети. Это заметить не сложно. Ты, как ангел-хранитель, охраняешь их. Я дам тебе сутки на то, чтобы ты нашла эту розу. Иначе дети пострадают.

Карлин прошла мимо меня, поднялась по лестнице на второй этаж.

— Я ведь могу рассказать все Маркусу, — негромко сказала я.

Псевдо няня обернулась.

— Можешь, — согласилась она. — Но ведь ты могла рассказать и раньше. Но не сделала этого. И, видимо, на это есть более важные причины, чем эти милые детки.

Женщина отвратительно улыбнулась, а я разбила вторую вазу.

Глава 4

Она была права.

Права в том, что пытаюсь обмануть саму себя. В том, что дети стали мне дороги. И как только возможно привязаться к ним почти за месяц? Мне даже сложно сказать, когда это произошло.