И целый мир Либрисов!

Слишком хорошо девушка знала этот взгляд он не предвещал ничего хорошего всем, кто не угодил старшей горгоне, а по совместительству Дитю Алорна, величайшей героине, закрывшей портал в мир хаоса.

Маме не нравилось, когда кто–то её восхвалял, да и героиней она себя не считала, говоря, что эта победа всех, кто там был и, кто погиб.Рядом с региерой стояли горгоны из охраны, стражники империи и молодой мужчина. При взгляде на него у Арины подкосились ноги и возникло странное чувство пустоты внутри.

Она сглотнула тягучую слюну и сжала руки в кулаки.

Мужчина был красив. Тёмно–синие глаза, сверкали в магическом свете, орлиный нос, пунцовые губы в презрительной усмешке, собранные в небрежный хвост пшеничного цвета волосы. Мужчина на горгонку не смотрел, пожирал взглядом её мать и поэтому не заметил, как поникли за спиной саккараш молодой региеры. Глаза матери на секунду удивленно раскрылись, потом она постаралась перетянуть на себя внимание мужчины.

– Благодарю Ранонг, я буду вам благодарна если вы отпустите эту гиеру.

Мы болеем за всех своих детей. Ваш отец Аронинг всегда поддерживал с горгонами дружеские отношения.

У Арины уже странно подкашивались ноги и туманился взгляд. Непонятное томление внизу живота, вводило в какую–то расслабленность. Девушка подспудно понимала, что сейчас с ней происходит и старалась всеми силами противостоять своей физиологии. Рядом со стоном сел сехх, Арина сжала кулаки и заслонила любимого, но император, а это был он собственной персоной, уже услышал и повернул голову на звуки:

– О сехх еще жив, – как–то наигранно сказал он, – прошу прощения региера, это недосмотр слуг, что поселил вашу подданную со страшным монстром.

Надеюсь, он не причинил тебе вреда дорогая, – синие глаза сверкнули в предвкушении представления.

Уж ему то точно известно, что данный сехх все время ходил с горгоной, они не скрывались. Он ждал истерики, воплей, ждал, когда молодая горгона поведет себя так, как ему надо, чтобы с радостью запросить у горгонов еще больше камней, за пособницу врагам всего сущего.

Но на удивление молодая горгонка держала себя в руках. Гремя колодками, она подошла к двери, которую уже открывали стражники.

– Вы поймали сехха, – удивленно спросила региера, – вроде бы вы попросили уехать всю дипломатическую миссию.

– Этот сехх остался, – отмахнулся император, теперь он уже в нашей юрисдикции.