Кристальная душа

Ей не хотелось быть Мареной Вуд, а если бы она вернулась домой как Марселин Латентес М'ортем, её всенепременно выдали бы замуж, ведь её отец, кажется, был поглощён волной гиперопеки, граничащей с безумием, так ему не терпелось выдать свою дочь замуж. Идеальным вариантом было официально выйти за кого-нибудь замуж и взять его фамилию. Так девушка и решила сделать, тем более, у неё был на уме один вариант.

Постучавшись в дверь, друзья зашли в кабинет канцлера. Он был богато убран, а за столом, склонившись над компьютером, сидел мужчина лет сорока.

— Канцлер? — обратился к нему Эдгар, желая привлечь внимание.

— Канцлер, — ответил тот, не поднимая головы.

— Я Эдгар Кроу, а это моя подруга Марселин Латентес М'ортем. Мы к вам сугубо по делу.

— Те, у кого нет ко мне дела, здесь не стоят.

— Но канцлер…

— Канцлер.

— Мы к вам от Гейра.

— Другое дело! — Мужчина оторвался от компьютера и мельком взглянул на гостей. — Юноша, скажи, как зовут твою мать?

— Графиня Кроу.

— Интересно… — он встал из-за стола и жестом приказал Марселин сесть, а сам начал рассматривать Эдгара, — Кроу… Хеммер Кроу… Дай пару секунд, мне нужно подумать.

— О чём, канцлер? Я ничего не понимаю. Откуда вы знаете мою мать?

— Сейчас поймёшь. Понимаешь ли… Нет, не понимаешь и не поймёшь.

— Простите, что? Вы считаете меня глупцом?

— Скажу правду, всё равно в голову ничего не приходит путного. Ты безумно похож на мать, тебе говорили об этом? Разве что только нос кривой, как у меня. Ты мой сын, Эдгар. Сколько денег я должен тебе дать к совершеннолетию, как добросовестный отец?

— Простите, что?.

Эдгар стоял в полнейшем замешательстве: канцлер его отец? Если это действительно так, то объяснялось многое: неприязненное отношение графа Кроу к своему младшему сыну, неимоверная любовь и опека графини Хеммер. Оставался лишь один вопрос: почему Эдгар умеет превращаться в ворона, если с графом не имеет ничего общего, кроме крова? Он не имеет ничего общего с родом Кроу, так почему же?..

— Я готовился к твоему появлению, но, как видишь, красивых слов так и не придумал.

Марселин тихо ахнула, а Эдгар посмотрел на неё вопросительно, мол, чего ты удивляешься, и не такие деньги видели.

— Соглашайся, — шепнула девушка одними лишь губами так, что канцлер её не слышал. По губам прочитать не мог, ведь она сидела у него за спиной. — Соглашайся, это и правда много. Хватит на что угодно и ещё останется!

Эдгар для вида долго думал, хотя повода для размышлений, в общем-то, не было.