Конь в пальто, а лошадь в шубе. ЗЕВСограммы

Человеку зрение дано,

Чтоб себя не чувствовал кротом:

Стоит раз лишь вляпаться в говно,

Будешь ты вонять всю жизнь

потом.

Пусть всё будет высший сорт,

Надо уж понять давно:

Даже самый лучший торт

Превращается в говно.

Сглотнувши чёрной зависти

слюну,

Подешевели люди дорогие:

Сказать спасибо могут и говну

За то, что им испачкались другие.

Мы обошли дерьмо искусно —

И как-то сразу стало грустно:

Всё это было бы смешно,

Когда б мы вляпались в говно.

Года

Хоть продолжаются мытарства,

Душа ещё горит огнём:

Мои года – моё лекарство,

Что дорожает с каждым днём.

Годы

Скоро закончится отдых и труд —

Мы уж не будем краше:

Годы не только своё берут,

Но и хватают наше.

Быть может, наши годы уплывают,

А может быть, как узники бегут:

На свете всё течёт и всё бывает,

А значит, всё о'кей и всё зер гут.

Человек у моря ждёт погоды

И не сожалеет лет на склоне:

За бесцельно прожитые годы

Больно лишь коровам,

что на бойне.

Ты резко нынче понял поутру:

Не бесконечен мир – не только

тесен.

Промчались годы, словно кенгуру,

А в сумке жизни – крошки, грязь

и плесень.

Уже круглее солнца даты,

И мир как будто бы затих:

Уходят годы, как солдаты,

Но возвращает память их.

Цветными кадрами в кино

Прошли все эти годы плавно.

Казалось, было так давно!

А кажется: совсем недавно.

Голова

Вон мимо двойник прошёл —

И вслед так не терпится дунуть:

Одна голова – хорошо,

А две – уже страшно подумать.

Умнее всё общество стало,

Но выглядеть хочется иначе:

Одна голова – это мало,

А три лишь у Змея Горыныча.

В словах – косули слабость,

сила льва

И прочее, известное со школы.

На то нам и даётся голова,

Чтоб мысли в ней роились,

словно пчёлы.

Такие мы играли роли,

Чем жизнь у нас полна:

Коль голова трещит от боли,

То, значит, есть она.

Немало в сложном мире наивной

простоты

И армия глупцов не поредела:

Природа, как известно, не терпит

пустоты,

А голова – совсем другое дело.

Ужасный народ пошёл,

Совсем потеряв благородство:

Одна голова – хорошо,

А две – это просто уродство.

Что есть, то и есть, и ещё

У Господа клянчить не надо:

Одна голова – хорошо,

А тридцать голов – уже стадо.

Жизнь наша не халва —

Как на неё не дуться?!

Была бы голова,

А боли ей найдутся.