День спонтанной доброты

Ну или не открылись еще, это как посмотреть, - зевнув во все зубы ответил вождь, отчаянно стараясь держать глаза открытыми. – А может вы завтра к ним, а? А я даже с вами пойду, если надо. Но только завтра. Когда высплюсь.

Заручившись обещаниями вождя в том, что завтра к определенному часу тот точно будет в трактире, Лем с Корой вышли из пещеры и направились в сторону Шевигнира. Как только пещера вождя скрылась из виду вампиры исчезли.

Как Кора и подозревала, оказались они во дворце Повелителя. Кора поежилась.

- Опять изолированные покои?

- Опять. Или по Нервину соскучилась? – добродушно съехидничал Лем.

Кора надулась и отвернулась. Противный! Помнит, как она нервничала после танца с Повелителем, и подкалывает. Гордо подняв подбородок, пройдя через всю комнату к окну, она грациозно уселась в кресло и удивлено уставилась на свежие цветы, стоявшие на столике в великолепной хрустальной вазе.

- Лем, откуда цветы! Живые! Свежие! – Кора вскочила. Она начинала сильно паниковать, не желая самой себе признаваться, что эти покои не такие уж и изолированные и у кого-то кроме них с Лемом есть сюда доступ.

- Кора, - расхохотался вампир, - они же под заклинанием! Чему я тебя только учил? Магическое зрение включи!

Кора посмотрела внимательнее и увидела явно эльфийские плетение сил на букете.

- Эльфы? – облегченно выдохнула она и смутилась. Вот бестолковая!

- Ри постарался, - улыбаясь подтвердил Лем, - узнал, что мы будем тут останавливаться, когда Повелителю докладываться явимся, и буквально впихнул мне этот букет.

- Я к Нервину, - успокоившись, Лем пошел в ванную умыться и слегка привести себя в порядок. - Ты ложись отдыхай. Завтра к троллям и надеюсь на этом история Гролла закончится.

- Мы его заберем? А куда?

- К себе возьму. У меня замок большой, будет людям помогать.

- Он нас боится, может его сразу к людям поселить? – обеспокоилась Кора.

- Можно и сразу к людям. Завтра решим. Поздним утром за тобой зайду! – схватив со стула брошенный ранее плащ, Лем исчез. Нервин засек их перемещение сразу, как только они оказались во дворце и уже рычал от нетерпения. А злить Повелителя, хоть он и родной брат, Лему хотелось в последнюю очередь.