Снежная сказка

Иногда казалось ей, когда к проруби по воду ходила, что смотрит на нее кто-то пристально, оборачивалась — да никого не было.

От работы тяжелой или от тоски по Дарьюшке не пришла в срок кровь. Думала Настенька, что занемогла она. На другой месяц то же случилось. Дурнота подкатывала, да в глазах темнело. На третий месяц поняла Настенька, что понесла она от волшебника иноземного. Вспомнила девушка, говорил позвать его ежели что. Да побоялась она поведать ему о чаде, вдруг вытравить заставит дитя невинное.

Знала Настенька, как заметят растущий животик люди, зазлословят пуще прежнего, и так за спиной пересуды слышала.

Василь не появлялся все это время. На похороны пришел, а потом будто дорогу к дому Миколы забыл. Да и тогда сказал слова приличествующие и все в стороне держался. Не была теперь Настенька невестой завидной. Раньше говорили о ней, что красива, работяща, скромна. А теперь трепали бабьи языки, что приключилось с ней срамное, что просто так лошадей да повозки не дарят, а раз не сказывает никому, что произошло, так, значит, есть что скрывать.

Но как только растаяли снега, истомилось сердце Василя, подгадал он, когда Настенька за водой пойдет, да и перехватил ее у калитки. Проход загородил, не пускает, поговорить хочет. Протянул к Настеньке руки, не сдержался, обнять хотел, да отстранилась девушка как от чужого.

— Прости меня, Настенька. Жизнь без тебя не мила. Выходи за меня замуж.

— Нет, Василь. Ребенка я жду. Не нужна тебе я такая.

Пробежала тень по лицу парня, но потом решился он:

— Не попрекну тебя я никогда прошлым. А малышу отцом стану.

Думал Василь, обрадуется Настенька, на шею к нему кинется, да молвила она только:

— Воля твоя. Пусти во двор, — вздохнув, наклонилась за ведрами, да в калитку вошла.

Вечером, как только наступили сумерки, заявились в избу Миколы сваты: мать Василя Аглая и отец его Ефим.

— Доброго вечерочку! — сели сваты под матицу и завели разговор: — Слыхали мы, что у вас есть курочка под стать нашему петушку, как бы свести их в один хлевушок?

Марьяна, что сидела у окна, оживилась вдруг, признала Аглаю, изменилась в лице, поднялась с лавки:

— Курочка наша сгинула.

Настенька как раз чай гостям дорогим разливала. Так и застыла, словами мачехи пораженная. Не замечала она, что подходит к ней Марьяна.