Желание дракона

Она бежала по траве, покрытой росой, скользила и пару раз чуть не упала, но все же удержалась на ногах и приземлилась на колени у самой морды. Вытянутой и клыкастой, как у всех драконов.

Он лежал, прикрыв глаза и тяжело дышал.

Мэйгрид не знала, что сказать, поэтому просто осторожно дотронулась ладонью до прохладной чешуи, твердой словно панцирь, а затем прижалась к нему лбом.

— Пожалуйста, не мучьте себя, корри Аластер, — все, что смогла она выдавить из себя.

Холодную чешую сменило тепло кожи, и лицо дракона оказалось на ее коленях, он зарылся в ткань юбки, а она осторожно гладила его по волосам, словно имела на это право.

Затем, спустя время Аластер поднялся.

— Нам нужно возвращаться, — сказал он, поднимаясь по ступеням в дом, откуда вышла ведьма.

Она хмуро глянула на дракона:

— Ты сделал свой выбор, я предлагала тебе другой путь, так что будь добр, утри сопли и не натвори глупостей, — длинное тело подперло дверной косяк. Ведьма болот не выражала никакого сочувствия, лишь презрительно изогнула губы, словно порядком утомилась от затянувшейся сцены.

— Благодарю за помощь, Нэндэг. Ты сделала для меня многое, теперь я буду ждать, когда ты призовешь меня к ответу.

Она хмыкнула, поправив растрепанные волосы, и ушла в дом, а они вернулись на Небесные острова.

Мэй отправилась спать, а Аластер, похоже, не спал, она обнаружила его в обед, бродящим по дому все в той же одежде, со спутанными волосами и безумным взглядом. Как положено личной помощнице, она для начала отправилась на кухню, налила чаю, приготовила пару бутербродов, а далее зажала дракона в углу его кабинета, куда он пытался ретироваться, чтобы она не мешала думать.

— Поешьте, — произнесла она, тщательно копируя мать, тем самым железным тоном, который способен пригвоздить к табурету отца, он подействовал и на дракона. Тот послушно уселся за стол и принялся за еду.

Мэйгрид стояла рядом, наблюдая, чтобы доел до последней крошки, но, в целом просто осматривала обстановку кабинета, в которого до этого дня ни разу не заходила.

Мужская обитель пропиталась духом аскетизма, по сравнению с покоями, которые они оставили в родовом замке Аластера. Стены здесь были не спрятаны за многочисленными стеллажами и гобеленами, а просто состояли из камней и глины, как и в ее комнате. Книги стояли пятью высокими стопками у одной из стен, рядом с пустыми горшками, в которых когда-то росли растения, но теперь лишь одиноко чернела земля.