Желание дракона

Дом оказался небольшим, из грубо сколоченных бревен, от силы с двумя комнатами, одна из которых спальня хозяйки. Сами они разместились между кухней, забитой банками, травами, чем-то неподдающимися описанию и тем, что можно назвать гостиной частью: небольшой столик, со сваленными на него отчищенными шкурами мелких зверьков, возможно, белок, и пара кресел. Пахло внутри соответствующе его хозяйке: мази, настройки, как будто Мэйгрид очутилась в лавке у аптекаря, примешивались и неприятные запахи, особенно один шел, из кастрюли, что стояла на печи, с торчавшей из нее ногой петуха.

— Ты назвала меня Золотым, — начал Аластер, он, как и Мэй, осматривал обстановку, но в отличие от нее, похоже, она произвела на него не такое сильное впечатление.

— А что? Хочешь сказать, ошиблась?

— Ошиблась, — выдохнул он. — Мой брат был Золотым. Должен был быть…

— Тогда зачем пошел за мной, если я ошиблась? — она по-хозяйски уселась в кресло, предварительно отцепив пояс и кинув его сверху на шкуры. Теперь стало понятно, что она достаточно молода, старше, конечно, Мэйгрид, но далеко не старуха.

— Ты сказала, что можешь разобраться в моих проблемах. Откуда знаешь?

— Ты, что еще не понял, что я ведьма? — она хохотнула и указала рукой на бардак, царивший вокруг. — Ведьма, значит ведаю… вижу тебя насквозь, дракон, что горишь, словно изнутри… Не всегда, конечно, а только когда девица твоя под боком.

— Продолжай.

— А ты не присядешь?

Аластер остался стоять на месте, не решая опуститься в соседнее кресло.

— Сгоришь, если ничего с этим не сделаешь, а ты не сделаешь, потому что считаешь себя умнее других. Полсилы, разве с этим можно что-то сделать? Так думаешь? Или о том, брата ты убил или нет?

— Ну, для этого ведьмой не надо быть.

— Не надо, ты прав, — она махнула длинными пальцами и откуда-то из-под завалов вылетела глиняная кружка, закружилась вокруг своей оси, к ней подоспел чайник, и прозрачная жидкость влилась в нее, сквозь облачко пара.

— А разве не так?

— Ты ведь и так уже все решил. Зачем ворошить-то?

Мэй совершенно не понимала, о чем они говорят. Она обеспокоенно переводила взгляд с одного на другую и сжимала в пальцах лямку сумки, которую ей предала мать.