Желание дракона

Она думала о том, что не может бросить Аластера из-за того, что он был добр и даже подарил ей священное право выбора, и она должна хоть как-то отплатить, а еще она думала о том, что ему никто не верит. Все считают его убийцей и даже та, кого он хотел любить, но уступил брату.

Хрусталь полетел в стену.

Мэй отпрянула от двери, послышалось пьяное бормотание и снова что-то разбилось. Он кричал, ругался, крушил мебель, возможно, в стену полетел стул или пуф, но Мэйгрид решила больше не ждать, она нажала на ручку и вошла внутрь, к разъяренному дракону в логово.

Он застыл на месте, раскрасневшийся, лоб покрыт испариной, белоснежная рубашка расстегнута до половины, рукава закатаны. Не моргал, не шевелился, лишь растерянно уставился на нее, а затем рассмеялся и вытер, блестящий от выпивки рот, рукавом. Мэй сделала смелые шаги вперед, выхватила бутылку из рук, нашла на полу какой-то уцелевший стакан и налила горячительного напитка, а потом тут же выпила.

— Нельзя пить в одиночестве, — наконец, сказала она.

— Уходи, — он всем своим видом показывал, что компания ему не нужна. — Уходи, Мэйгрид.

На это она лишь снова плеснула себе в стакан темной жидкости. Пускай о любви она еще ничего не успела узнать, но с алкоголем в Низине обстояли дела куда лучше, чем с достойным кавалером.

— Убирайся! Ну, же! — закричал дракон.

Мэйгрид прижалась к гобелену на стене, всем своим видом давая понять, что она намерена остаться, а если он и вытащит ее из комнаты, то вместе с этим самым гобеленом.

— Мне не нужна нянька! Уходи! — глухое рычание.

— А мне кажется, нужна, — пропищала она в ответ, голос резко сделался тонким и визжащим. — Если хотите забыться, то я просто составлю вам компанию. Не дело, чтобы такой уважаемый дракон, как вы, допились до состояния, что наблюете себе под ноги или уснете в собственной моче, кто-то же должен будет вас оттуда вытолкнуть, а вы, насколько я в этом разбираюсь, собираетесь именно до такого состояния и напиться.

Он пожал плечами и махнул рукой. Затем все же опомнился и забрал у нее бутылку, отнес в другую комнату, что осталась не тронутой и больше походила на скромный по размерам кабинет.