Теплые объятия метели

Только пока у нас есть родители, мы можем чувствовать себя маленькими детьми.

Я сразу ринулась к своим вещам и стала искать травы. Хорошо, что с собой из избы прихватила. Стоит туда после вернуться за вещами.

– Как Атти?

Спросила, пока складывала все в мешочек.

– Замечательно. Защищает детишек, пока те в приюте и плачет, что нельзя спасти всех. Худо там, госпожа, худо. Детей много, еды мало, да и зима набирает обороты. Магии обогрева не хватает, а печи топят только к вечеру, чтоб спалось теплее. Еда холодная, хлеб и тот черствый.

– Ничего, еще немного потерпеть осталось. Совсем капельку.

– Госпожа целительница, а вы как?

– У меня есть кров, еда и цель. Замечательно.

– А правда, что между невестами борьба идет?

Рассмеялась.

– Может, и идет, но я о ней не знаю.

– Вы осторожничайте, леди. Люди разные бывают.

Протянула ему мешочек.

– Спасибо, Олаф. Завтра увидимся.

– Я утром приеду и буду ждать. Понимаю, что ваш отъезд зависит от воли Его Светлости.

Точнее и не скажешь.

Может, стоит сейчас с ним поговорить?

Я выпроводила Олафа, обдумывая вопрос. Вспомнила, что герцог сейчас вероятно занят…

Но ничто не мешает передать ему записку.

Я быстренько села за стол, достала пергамент, перо и чернила и стала выводить буквы.

Айрин и Ник

– Ты сегодня поразительно тих, Ник.

Герцог и его друг сидели в оранжерее и пили чай.

– Да что возомнила о себе эта девчонка? – Сай стукнул по столу кулаком, отчего тот треснул посередине.

Рин расхохотался.

– Знаешь, это я стоял там и трепетно гладил твою руку. Вышло забавно.

– Смеешься? – прошипел Ник, – Это просто возмутительно! Да как ей такое в голову прийти могло?

– Друг, Винтер сделала это не специально. Она не рассчитывала, что ты вторгнешься своим голосом и произведешь фурор.

– Надо было предупредить.

– Тебя она задела, да? – Айрин довольно ухмыльнулся, – Надо же! Давно тебя так не распирало от девицы.

– Не от кого… распирать, – выплюнул Ник, – Я сегодня в бордель, ты со мной?

– Зачем? – Айрин облизал губы, – Когда в замке полно дам, готовых ублажить меня, да и тебя.

– Спасибо, но не хочу, чтобы потом постельные грелки мне глаза мозолили.

В дверь постучались, и краснощекая горничная вошла в оранжерею. Протянула сложенный и запечатанный лист.