Молчаливое признание

Гасьен как раз открывал ворота, и Петр неторопливо направил лошадей к выходу.

Едва экипаж оказался на улице, как Андрея окружили запахи и шум города. Пыли, солнца и свободы. Воспоминания о войне померкли перед весной и красивой девушкой, чьи волосы пахли сиренью. Он вдруг подумал, что даже если Катя навсегда потеряла память, то им свыше дали шанс начать все заново. Эта простая мысль, как молния, пронзила все его существо. Андрей не мог отвести взгляда от супруги, которая с любопытством рассматривала автомобили, витрины магазинов и прохожих.

Он заметил, как она грустно взглянула на свое платье, когда мимо проехала машина с открытым верхом, где сидели женщины в ярких одеждах.

«Какой же я глупец! — мысленно проклял себя Андрей. — У нее же ничего нет, кроме этого серого платья медсестры. Решено. Как только получим документы, отправимся в банк, а потом по магазинам».

Двуколка остановилась возле одного из серых зданий.

— Приехали! — оповестил Петр. Катя неуверенно поправила волосы. Андрей почувствовал, что ее рука слегка дрожит, когда сжал ее пальцы, помогая выйти из экипажа.

— Волнуешься?

— Мне немного страшно, — подтвердила она и шепотом добавила: — Не верится, что сейчас я обрету собственное имя.

— И статус.

Катя вопросительно взглянула на создателя.

— Замужней женщины.

***

Ну вот. Сам сказал, чтобы я его не боялась, и тут же напомнил, что мы женаты. Мою руку князь не отпустил, и мы вместе зашли внутрь здания. Народу было много, людей принимали в одной стороне, магов —в другой. Широкая лестница разделяла холл, и посетители, как муравьи, спускались и поднимались по ступенькам.

Иногда пробегали уставшие чтецы с кипой бумажек. Гул стоял неимоверный. Все куда-то торопились, а многие нервничали, срывались на крик возле маленького окошечка, где желающих регистрировали.

Очередь к этому окошечку была длинная, но двигалась она быстро, и вскоре мы уже стояли напротив спокойной женщины-чтеца. Француженка тряхнула светлыми кудрями, равнодушно взглянула на создателя и затараторила деловым голосом:

— Восстановление документов, получение новых…

— Восстановление, — перебил сотрудницу Андрей, та кивнула, чиркнула что-то на бумажке, затем свернула ее и бросила в одну из десятка тонких трубок, отверстие которых начиналось в стене над столом.

— Кабинет триста пятьдесят семь. Следующий!

Меня отправили в двести шестой кабинет, а Петра —в пятьсот семнадцатый.

— Увидимся на улице, — воскликнул Петр и уверенно смешался с толпой, которая двигалась наверх.