Серебряная уточка

В шестнадцать-то лет! Да не всякая позволяет себе это видеть. Давай волосы я тебе расчешу, так спутались – валенки катать можно.

–Так ведь ни щётка, ни гребень коснуться не могут меня, как и всякая другая вещица.

–Ну, с этим я тоже справлюсь.

Достала Сату гребень костяной из закрытого сундука. Прошептала слова какие-то, да засиял он, точно звёздочка небесная. Тогда смогла женщина коснуться девичьих волос, да провести по ним гребнем.

Расчёсывала она волосы ей, да пела старинные руны из тех, что знала. Порой и Айна неуверенно подпевала ей, коли знакомы были слова.

–Как же ты не спала всю ночь из-за нас.

–О том не волнуйся: как я имя лапландской колдуньи из уст твоих услышала – сразу приняла травку особую, теперь и до следующего дня могу не спать. Хорошая травка-то, мне пчёлки принесли. Только часто нельзя ею пользоваться: начинаешь всё больше желать её.

Заплела Сату Айне косу на три пряди, простую, да ровную и спросила:

–Какого цвета была коса твоя?

–Точно светлая медь.

–Редко такое встречается, хотела бы я посмотреть.

Вновь котёл Сату водой наполняет, травы в него кладёт, да солёную рыбу достаёт из погребка. Когда запах кушанья заполнил комнату и собаки с интересом стали водить чёрными своими носами, проснулся, наконец, Вейно.

Закашлялся спросонок, да вскочить попытался, только хозяйка его назад уложила. Чашку тёплого травяного отвара под нос сунула.

–Лежи, уж герой, не вставать тебе ещё неделю.

–Я уже могу встать.

–Все вы, парни молодые, больно ретивые, назвался хоть бы прежде, чем спорить.

Сказала то хозяйка – да откинула шерстяное одеяло. С повязкой Сато возится, а Вейно извиняется сбивчиво да неловко, быстро рассказывает, как попал сюда. Только умолчал, что Лоухи была матерью девицы, к которой сватался. Сато лишь тихо слушает, да дивится, да Айна вместе с ней: рана-то на ноге почти зажила! Уже и нежной новой кожей затянулась.

–Никогда такого глаза мои не видели.

День тот быстро шёл к концу, а как ранний зимний вечер опустился над лесом Хииси – уж встать позволила Сату раненному. Да раньше можно было, таково было чудо Вейно: всякая хворь быстро исцелялась в теле его.

Вот уж по хозяйству помогать вызвался Вейно. Дров наколол из упавших на опушке деревьев, хлев вычистил. Собаки подле гостя вьются, ластятся, нравится им юноша.

Вечером трапезу вместе делят Сату и Вейно.