Серебряная уточка

Сама она и впрямь была лапландской чародейкой, оттого не видела в том беды, чтобы трудное задание дочери её исполнилось по велению волшебства. Все легенды, и добрые, и полные страха о Хозяйке Севера были чистой правдой, но мало кто всерьёз в это верил. Вот и Айна не ведала о том.

За день до срока девица закончила работу свою. Не было краше наряда ни здесь, ни за морем! Много чести принесло ей мастерство, да помощь небесных светил.

Госпожа Лоухи наградила Айну щедро: пригласила её за свой стол в день праздника, когда приедут гости.

Никто из людей, служивших в её чертоге, не удостаивался такой чести.

Однако, теперь все говорили, что ворожить умеет девица Хилья. Те, кто завидовал ей, глядели ей в след ещё злее, те, кто уважал – побаивались.

Много недругов нажила Айна под сводами дома, где жила теперь, да не понимала этого бедная девушка.

Целый день Айна проспала в своей светёлке: трудно далась ей работа, нелегко и волшебство. А потом стали прибывать гости со всех концов.

Послы заморские, чья кожа была цвета лесных орехов, главы местных селений, светлоликие и рыжебородые. Приезжали сани богатые и попроще по рыхлому снегу, который щедро бог Укко насыпал за ночь, точно по просьбе чьей-то. Топились печи да очаги дровами жаркими, сладкий запах тёплых напитков медленно плыл по дому, пробуждая в памяти облик спелых летных ягод.

Открывали бочки с солёными грибами, вытаскивали копчёное мясо да рыбу из ледников и кладовых, готовили трапезу праздничную, да такую, чтобы всем вдосталь хватило угощения.

Спросил бы кто девушку – не пошла бы она на шумный праздник. Что ей веселье да наряды, да жемчуг, когда так сильно хотелось спать, когда болела натруженная поясница? Но отказаться от чести высокой – оскорбить Хозяйку, которая пригласила её сесть подле. Потому, с утра надела Айна юбку красную и льняную белую рубашку с узором по вороту, достала нитку жемчуга скатного, которую подарила ей за роботу одна из дочерей Лоухи, да заплела косу на четыре пряди, как принято было в её родном доме в день праздников.

Ничто не подсказывало девушке о скорой беде. Меж тем, катились по снегу быстрые сани, которые несли недоброе из краёв, откуда она бежала.

Лишь ранние сумерки тронули небо, усадили гостей за столы в чертогах госпожи Лоухи. Три сотни мужей со товарищами вошли в зал с расписанными колонными, сели на скамьи резные за трапезу.