Серебряная уточка

Вейно поклонился, по-господски, не очень-то низко, но почтительно качнув в сторону бывшей невесты тёмноволосой головой.

–Садись на коня, – прошептал он Айне.

–Я не умею, – так же тихо отозвалась она.

Парень взял её за пояс и легко подсадил в седло.

–Постой же, есть у меня тебе прощальный подарок, Вейно, долго ты гостил у нас и многое приключилось… Так отчего бы не одарить тебя?

Слуга поставил на землю ларец, открыл его. Тот был полон самоцветов, крупных и пёстрых. Айна уж прежде видела подобное богатство, тоже в этом доме.

–Коли желаешь – бери всё сейчас, а захочешь – отправим вместе с санями твоими следующей осенью, как только снег выпадет.

–Ничего мне от тебя не нужно, не поминай только лихом.

Девушка засмеялась.

–Ты впрямь позабавил меня, Вейно, – сказала она, – иди же с добром и прощай.

–Прощай. Да и все вы. Пусть боги хранят вас…

Когда Вейно запрыгнул на коня, двор наполнился хором голосов. Многие, кто жил в этом тереме теперь вышли проводить их. Что ж, оно и понятно: будут они внукам рассказывать об это дне, будут вспоминать всё, что предшествовало ему, как дивную сказку.

Вейно отправил коня с места в быструю скачку. Он, как и Айна, если по чести, очень хотел скорее покинуть это место, которое принесло им столько испытаний. Они торопились вплоть до того мига, когда терем Лоухи и вовсе скрылся из виду, дорога сменилась лесной просекой, солнце поднялось над деревьями, стремясь к самой верхушке небес.

Тут-то Вейно и остановил коня. Девица была этому радёханька: с непривычки у неё уж болели бока.

–Что ж ты делаешь, нерадивая, чуть лицом в грязь вместе с корзинкой своей не упала, али с лошади никогда не слезала?

–Не слезала, – с улыбкой ответила Айна.

Да юноша не ждал такого ответа, смутился отчего-то, взгляд отвёл. Девица очень хотела заглянуть в его лицо, но теперь это было трудно: Вейно был выше неё на два локтя, оттого, коли сам он не смотрел в её сторону – ей было не дотянуться.

–Ты поезжай лучше в седле, а я пешком пойду, чтобы коню полегче.

–Да я и сама пешком могу, чай не царица. Я к Сату хочу попроситься, она звала меня…

Они пошли по дороге бок о бок. Вейно не позволял себе напевать под нос, или бормотать что-то невнятное, как бывало прежде. Он всё молчал и девушке это не нравилось. Она понимала: вскоре и расставаться.