Волчья луна

Думали, у любовника загуляла, ан нет…

Господин Бош нахмурился и чуть слышно пробормотал: «Неужели еще одна?» Никто, кроме Шарлотты, его не услышал.

Еще одна… На память пришли газетные статьи о страшных убийствах. Вздор, конечно, не стал бы маньяк ни с того, ни с сего приезжать в Мадален ради очередной жертвы.

— Известите полицию, — распорядился Гийом, обращаясь одновременно ко всем и ни к кому. — Следовало пойти туда сразу же. Удачи с поисками! Надеюсь, девушка жива.

— Спасибо, месье, мы все надеемся.

По знаку лысого люди расступились, и экипаж покатил дальше, к станции.

— Вы не вмешаетесь? — Шарлотта таки не удержалась от вопроса.

Господин Бош не ответил. Видимо, не посчитал нужным.

Поезда пришлось немного подождать, но к вечеру все благополучно переступили порог особняка на улице Шиповника. Отрывшая им дверь Катарина при виде хозяина переменилась в лице, но быстро взяла себя в руки. Шарлотта же лишний раз убедилась в правдивости своих предположений.

— Ларри, принеси кошелек. Тот самый.

Гийом небрежно скинул пальто на пол и прошел в комнаты.

— Собери слуг и выстрой… да хотя бы здесь.

Не прошло и пяти минут, как перепуганная прислуга замерла перед хозяином. Вопреки ожиданиям, он не смешил задавать вопросы, просто задумчиво вертел в руках кошелек, даже зачем-то поднес к лицу. Затем Гийом засунул улику в карман и прошелся туда-сюда перед замершими слугами.

— Ты. — Палец ткнулся в грудь Катарины. — Вон отсюда! Я позабочусь о том, чтобы тебя не взяли ни в один приличный дом.

— Но, месье, — дерзко возразила уличенная горничная, — кошелек нашли…

— Мне плевать, где его нашли, — повысив голос, оборвал ее Гийом, — мне важно, кто держал его в руках. И это ты. Или прикажешь вызвать полицейскую собаку? Она мигом учует запах твоих потных ладоней на кошельке и связке с ключами.

— Месье, у меня дочь! — Катарина попыталась надавить на жалость.

— То есть ты признаешься в содеянном? — Господин Бош остался глух к ее мольбам.

Горничная закусила губу, а потом выпалила:

— Да!

Во взгляде, обращенном на Шарлотту, было столько ненависти, что девушке стало страшно.

— Она выскочка, мадемуазель здесь не место. Это мне нужны деньги, месье, а не ей! — продолжала бесноваться Катарина. — Смазливая профурсетка, вздумавшая командовать.

— Ларри, выстави ее. Надоело слушать. И составь заявление в полицию, не желаю связываться.