Волчья луна

Пусть оно кисловато, не может похвастаться богатством вкусового букета, но кто бы мог его оценить? И матушка, и Иветта, их соседи и родственники привыкли к простой пище и простым напиткам, поэтому Шарлотта со смесью стеснения и нетерпения наблюдала за струящейся по стенкам бокала густой рубиновой жидкостью. Гийом налил ее сам, не стал звать служанку. В отличие от Марты, Катарина за все время не проронила ни звука, не повела бровью и, если бы не веснушки и рыжие, гладко зачесанные под чепец волосы, казалась бы вылинявшей копией человека.

Просто смочить губы не удалось, под пристальным взглядом Гийома девушка сделала глоток.

— Оно теплое, — удивленно пробормотала она и запоздало сообразила, что в присутствии хозяина надлежало молчать.

Каждый помни свое место. Экономка — все равно прислуга, пусть даже ей дозволено есть за одним столом с господами.

Рука закрыла рот — глупая детская привычка.

Шарлотта думала, господин Бош рассердится, а он словно не заметил, спокойно объяснил, при какой температуре подают разные вина и почему.

— Мы не успели обсудить детали, месье, — Шарлотта направила беседу в рабочее русло. — Я не знакома с вашими привычками, вкусами, не соблаговолили бы вы немного просветить меня.

— У вас деверский выговор. А привычки у меня чрезвычайно просты: завтрак ровно в семь, чистое белье, всегда свежие сорочки и никаких посторонних в кабинете. Я навожу порядок сам. Так же никакого беспокойства и шума, когда я дома. Ну и умение держать язык за зубами, не совать нос куда не следует.

Деверский выговор… Все внутри Шарлотты заледенело и рухнуло в бескрайнюю пропасть. Какого труда ей стоило сохранить самообладание! Но девушка справилась, даже нашла в себе кивнуть и скупо ответить:

— Разумеется, месье.

— Иногда на мое имя приходят письма. Кладите их на поднос в прихожей или, если я дома, подкладывайте по дверь кабинета. Стучать не надо. А теперь насладимся ужином в тишине, разумеется, если вы не пожелаете немного рассказать о себе.

— Сомневаюсь, будто я смогу развлечь месье, история моей жизни чрезвычайно прозаична.

Шарлотта одновременно солгала и ответила правду.

— Вы совершенно правы, человеческая жизнь обычно до зевоты скучна, — согласился Гийом и принялся за мясо. Он любил стейки с кровью и резал телятину неспешно, смакуя процесс. — А еще скоротечна и глупа. Прошлая экономка оказалась, — мужчина ненадолго задумался, подбирая нужное слово, — слишком эмоциональна, надеюсь, вы проявите выдержку.