Капкан

Хотелось прильнуть к нему всем телом, но и бежать куда глаза глядят, желание было ничуть не меньше.

— Ты не жрец…— тяжело выдохнула я, пытаясь отстраниться от происходящего.

— Не жрец,— получила короткий ответ вместе со страстным поцелуем, накрывшим мои дрожащие губы.

— Аир, — с трудом прошептала, когда его губы спустились вниз по моей шее, продолжая покрывать её поцелуями, — пожалуйста, не надо, ты пугаешь меня, — со слезами в голосе произнесла я и почувствовала, как мокрые дорожки появились на скулах.

— Ингрид, — взглянув на меня, взволнованно прошептал озадаченный мужчина и, прекратив все поцелуи, лёг рядом и крепко прижал к себе, зарывшись своим длинным носом с горбинкой в моих спутанных волосах. Не в силах вынести происходящего я заплакала в голос, всем телом прижимаясь к нему в ответ.

— Значит... выпить мою кровь и сгореть на месте ты не боишься, а быть со мной …, — гладя меня по волосам, озадаченно произнёс мужчина, чьё сердце сейчас громко билось под моей ладонью, лежавшей на его груди.

— Это только по любви!— возмутилась я, отстраняясь и стараясь не смотреть ему прямо в глаза.

— А у нас не она?— иронично поинтересовался мой дракон, беря меня рукой за подбородок и поворачивая к себе лицом, так, чтобы наши взгляды встретились.

— Что? Да… Ты… Я тебя сколько знаю, пять минут? И четыре с половиной из них ты пытался меня убить! Прости, — виновато прошептала я, не в силах смотреть в эти карие в глаза опустила веки.

— Нет, я сам виноват. Сначала действительно похитил, чтобы, скорее всего, убить, но потом… хотел уберечь от верной смерти, и, видимо, слишком сильно напугал.

— Когда именно? — чуть оживившись, возмутилась я, — когда похитил из деревни и притащил в пещеру, бросив об каменный пол, словно мешок с картошкой? Или когда не позволил мне сбежать, поймав в поле? Или когда притащил в пещеру бедную девушку и убил её прямо на моих глазах? — возмущённо приподнявшись на локтях, перечисляла я всё, что пугало меня в моём лжежреце.

— Прости, за всё… Я знаю, мне нет оправданий, хоть я очень и хотел бы их найти, даже не столько для тебя, сколько для себя самого, — произнёс Аир, поднимаясь с кровати и возбуждённо бродя по комнате из стороны в сторону.

— Я превратился в чудовище, Ивел превратила меня в него… своим проклятием.