Капкан

— Вот как так, — бубнил про себя Аир, разворачивая белый листок, — и на полчаса оставить нельзя, вечно вляпается в какие-нибудь неприятности...

Почувствовав, как сердце в груди пропустило удар, мужчина всё же развернул листок и бегло прочёл. Побледнел и перечитал ещё раз, но уже медленнее, запоминая каждое слово...

"Дорогой Аир! Я безумно, больше жизни люблю тебя. Но я знаю, что и мама с папой любят друг друга не меньше, поэтому я приняла непростое решение, вернуться домой. Один друг пообещал мне исполнить это желание.

И если ты читаешь моё письмо, то можешь не искать меня на планете сказок, меня здесь нет. Прости милый мой, ничего в жизни не давалось мне труднее этого решения, но я не могу поступить иначе. Там, дома меня ждёт институт... А здесь ... всё слишком стремительно. Рядом с тобой я теряю рассудок, а должна думать о будущем, не только о том, что дышать без тебя не могу.

Я люблю тебя и, надеюсь, что ты найдёшь своё счастье, где бы оно тебя ни ждало".

— Ингрид, — устало выдохнул мужчина опускаясь на камни и прижимая изрядно зажатый в кулак лист бумаги к груди, — что же ты наделала, глупая моя девочка.

..

— Я найду тебя моё счастье, где бы ты меня ни ждала...

Глава Эпилог

— Можно всю жизнь ждать любовь, искать её, а можно наделить того, кто достоин и совсем близко, только протяни руку и он навечно твой, — гладя меня по голове, утешала мама.

Я только вздыхала в ответ и, зарываясь лицом в подушку, всхлипывала.

Моё заветное желание сбылось — я дома.

Папа, дедушка, Вовка, мама, наконец-то они всё вместе и это согревало душу, но Аир остался там, в прошлом и это разрывало сердце.

Но я не могла поступить иначе... Или могла?

Спустя месяц горьких слёз и терзаний, я всё же призналась себе, что как бы сильно ни любила его, как бы не тянулась, не могла впустить в свою жизнь, это было слишком страшно. Умереть за него — легко, а вот отдаться своим чувствам и нырнуть в них с головой... нелепо, безумно, безрассудно.

Мама сочувственно смотрела на меня всё это время. Я ещё больше похудела, осунулась, и чтобы хоть как-то отвлечься и забыться, пошла рисовать.

Мне понадобилось около девяти месяцев, чтобы уверенно держать кисть в руках и легко воспроизводить, образы, что рождались в моей голове. Но, как назло, чтобы я не рисовала, как бы не выводила линии в них всегда угадывался портрет задумчивого жреца, или парящего в небе золотого дракона.