Капкан

Это то меня и пугало, каждый раз, когда я была так близко к нему, все доводы летели в пропасть и всё, чего хотела, это оказаться в его объятиях, целовать до остановки сердца и никуда не отпускать. Но это не правильно. У меня там остался отец, он убит горем. А я здесь, буду жить, возможно, счастливо с тем, кого безумно люблю, пока столько близких мне людей страдает. Нет, так не пойдёт.

Но все мои рассуждения мерки, когда в мечтах горячие губы дракона касались моих, и сердце останавливалось в неописуемой муке и желании быть ближе, ещё ближе, так близко, как это только возможно, хотелось стать с ним одним целым, срастись на века.

Но всё, что я себе позволила, это ответить на поцелуй страстно и требовательно, так, чтобы запомнить его на долгие годы, десятилетия, до самой смерти. И пусть пока будет биться моё сердце, я буду помнить о нём, о том, кого так люблю.

Предательские слёзы скупо покатились по щекам и Аир заметив это, отстранился.

—Что, что с тобой? — взволнованно поинтересовался он.

— Ничего, — честно соврала я.

— Но я же вижу, что что-то не так, признавайся, что ты задумала?

— Ничего,— прошептала в ответ, пытаясь унять боль в груди.

— Обними меня, Аир, обними так крепко, словно видишь в последний раз, — горячо попросила, зарываясь лицом в широкой груди, из которой тут же вырвался странный рык и меня отстранили, твёрдо взглянув в глаза.

— Что происходит!?

Всё хорошо, просто я люблю тебя, — сказала и перестала дышать,- помни об этом.

— И я люблю тебя, — прошептали мне в ответ и, подняв рукой подбородок, поцеловали неожиданно горячо.

Захотелось умереть, но ещё рано, сначала дело, потом всё остальное...

— Мне нужно идти... — осторожно высвободившись из объятий, произнесла я, — мама просила помочь.

—Давай я пойду с тобой, нужно же нам познакомится...

—Давай не сейчас... вечером... мы все решим...

— Хорошо, — ответил дракон, ещё раз поцеловал неожиданно жарко, и отойдя на несколько шагов, обернулся в дракона и растворился в моих мечтах, словно его и не было, оставив одну.

— Ингрид, — нетерпеливо позвала меня рыбка.

— А я могу попросить лист бумаги и карандаш, но так, чтобы это не посчитали за желание?

— Нет, у тебя лишь одно желание!- ответила рыбка.

— Но в сказке их было неограниченное количество, запротестовала я.