Капкан

— Тот, дракон знает, как убить Кощея? — воодушевился юный жеребец, и загорцевал на месте от радости. — Конечно, я ожидал услышать душещипательный рассказ о любви...

— Дракон... — взволнованно перебила я наивного мальчишку, — ты сказал дракон? — не поверила своим ушам и заулыбалась, сама того не замечая. "Значит, Аир действительно здесь..."

— Значит... дракон знает, как убить Кощея, а глаза заблестели и щёки вспыхнули от холода? — смеясь заржал брат.

— Да, знает, — разозлилась я на его наблюдательность, и слегка ударив ладонью в мягкий бок, приказала, — быстро веди меня туда, нужно спешить!

— Конечно, конечно, — согласился со мной Вовка, ещё раз как-то странно взглянув в глаза, и опустился на землю.

— Ты что это, спать тут собрался?— обалдела я от такой наглости и уже думала пнуть гадёныша, как он произнёс:

— Совсем с ума сошла! Садись на меня, я домчу, моргнуть не успеешь, а то с твоим телепанием двуногим, месяц идти будем.

Я чуть не запрыгала от радости.

Никогда прежде не чувствовала ничего подобного, ощущение скорости, страха и радости одновременно, всё так перемешалось, тесно переплелось в груди, что не могла отделить одно от другого. Я не успевала следить за сменой дорог и поворотов, только крепче прижималась к широкой спине Вовки, всячески стараясь не упасть на очередном вираже.

Как он здесь ориентировался, ума не приложу, но это было и неважно, важным был лишь Аир и то, что он на самом деле в дереве. Все мои мысли сейчас были с ним и о нём, настолько, что даже, когда мы оказались возле дуба и остановились, не сразу заметила это.

— При-и-и-иехали, — тряхнув гривой, сообщило четырехногое такси, и я осторожно спустившись устремилась к дубу.

Широкое, раскидистое дерево, совершенно без листьев, завораживало и пугало одновременно. Не слушая своих внутренних противоречий, я бежала к нему, слыша, как Вовка зачам-то отправился вслед за мной.

Перед деревом разлился небольшой пруд. Вода в него будто стекала из корней, создавая небольшие волны. Уверенно вошла в холодную воду, намочив длинные лоскуты того, что было на мне вместо одежды, и замотав их так, чтобы не мешали, устремилась к холодной коре.