Капкан

— выдохнул беляш.

— Тому глаз вон!— продолжила я, выпрыгнув в свет и весело раскинув руки в стороны, якобы готовая обниматься со всеми присутствующими.

Кони аж подскочили на ноги и заржали, словно на них не милая девушка выскочила чёртик из табакерки.

— И-и-и-ингрид! Вот дурная баба!— возмутился рыжий, ты то что тут забыла.

— Да, скучно там, наверху. Дай думаю, пройдусь. А тут вы, вот так встреча!

— Дак и иди дальше, — очень по-человечески, прищурив глаза, предложил рыжик, что тебе заняться нечем? Там вон у т-е-е-ебя муж молодой.

— Да, знаете, я там была на всё готова, но никто ничего не предлагал. А тут я иду мимо, смотрю, вы скучаете.

— Мы тебе что, цирк бесплатный. Иди обратно!— практически зарычал рыжий коняра.

— Фёдорович, спокойнее. Что ты всполошился!

— Да, что ты всполошился? — поддержала я беляша.

— Расскажите лучше, где богатырей своих потеряли? И что за имена у вас такие смешные?

Внезапно все замолчали. Задумались и понуро опустили головы в пол.

— Давняя история. У каждого из нас своя, но все они как одна с печальным финалом.

Первый канул в историю мой Илья Иванович, славный был богатырь. Давно дело было. Помню всё смутно, эпизодами.

Была у Ильи Муромца невеста, Алёнушка. Красивая девка, добрая. Любили они друг друга до безумия. А за день до свадьбы, похитил её дракон-душегуб. Илья и кинулся зазнобу свою спасать и не вернулся. Девушку дракон погубил и богатыря тоже.

— А как погиб Илья Иванович? — опускаясь на солому, поинтересовалась я, очень уж не верилось, что Аир мог богатыря погубить.

— Не помню я. Давно дело было. Всё в одно слепое пятно сплелось. Вот и грущу о друге верном и невесте его, как о самом себе.

— А с чего вы взяли, что убили вашего Илью и других богатырей?

— Да как с чего, где ж им ещё тогда быть? Говорю же, дуры бабы и вопросы у них глупые.

— Хорошо, если я глупая, то расскажите уважаемый Никитич, как ваш богатырь погиб?

— Да что ты пристала! Пуще слепня в кожу въелась, не помню я! Помню только, что Добрыня пошёл невесту свою, Настасью, выручать.

— А у вас, Фёдорович, — обратилась я к рыжему коню, — следовательно, тоже за невестушкой ушёл, за девой красоты не писанной.

— Да, Алёша Попович, звали моего богатыря. Уже много лет, как он со своей Любавой пропал.

Присутствующие замолчали. И я вместе с ними.