Сольвейг. Заклятие Змеёвых гор

— Вот мерзавец! Ну, я доберусь до него! Все расскажу, что о нем думаю! — закипела студентка.

Бывало, что за себя она не всегда могла постоять, когда в отношении ее вершилась какая-то несправедливость. А вот заступиться за других — легко. Особенно, когда обижали более слабых, тех, кто не мог дать сдачи.

— Я же тебе говорила, что получу от него, — напомнила Малуша. — За то, что я не уберегла козу, и ее утащил змеище подколодный.

Тут из дома вышла ведьма с каким-то снадобьем.

— Чернава, дорогая, посмотри, что произошло! — обратилась к ней возмущенная Ольга.

— Я знаю, — спокойно ответила та. — И уже готовлю для нее лекарство.

— Но как же так?! Надо поставить на место этого нехорошего человека!

Обе — и знахарка, и пастушка — непонимающе посмотрели на гостью. А та воскликнула:

— Она же ребенок! Ее нельзя бить!

И осеклась. Она снова позабыла о том, где находится, в каких глухих временах. И полиции тут, ясное дело, никакой нет. И вообще в случае чего можно рассчитывать только на себя.

— Малуша пасла коз. Одну из них утащил змей. Девочка не уследила. За это ее и наказали, — объяснила колдунья.

— Но она — маленький ребенок! Ее бить нельзя!

— У нас можно. В здешних краях так принято.

— Что значит принято?! Кем и когда?

— Испокон веков так повелось.

— Надо менять эту вековую несправедливость! — воскликнула попаданка с революционным настроем.

— Так он тебя тоже хворостиной по спине огреет! — со знанием дела ответила ей девчушка.

— Как это? Меня хворостиной?!

— Да, хворостиной.

— В честь чего это? Кто ему дал такое право?

— За непослушание. Крив — жрец! И простому люду положено во всем ему подчиняться. Ослушание — грех, — сказала Чернава, как отрезала. Что было совсем удивительно — слышать такое из уст никому не подчинявшейся ведьмы.

— Руки у него коротки! — вспылила студентка. Обычно спокойная, тут она не могла остановиться:

— Ну и что, что он — жрец?! Это что, такая должность, которая дает ему право бить людей налево и направо?!

Пока она негодовала, колдунья закончила готовить какой-то целебный отвар и отдала его девочке.

— Прикладывай к попе и к руке, и все пройдет. Малуша, что же ты сразу не пришла, так бы снадобье быстрее помогло, — увещевала ее знахарка.