Поветрие немой розы

Прямоугольная небольшая пластина с длинной ручкой чтобы не обжечься, когда клеймишь другого. В виде символа был череп, а позади него топор палача, видимо это был момент казни, когда удар был совершён. Знак того, что клейменного ничего кроме смерти уже не ждёт, своеобразная метка.

В свете факелов появился Борлен, прибитый цепями к стене. Его правая рука была в чем-то на подобии рукавицы, только пальцы были оголены, а сама конструкция просто утяжеляла руку, не давая ей просто так двигать. Двух пальцев нет, отрублены грубым ударом, а после место среза прижгли чем-то раскалённым.

- Борлен! – Клацирия подбежала к нему, упав на колени.

Его окровавленное лицо с огромным трудом поднялось, красные глаза смотрели на неё. Множество синяков от ударов и сломанный нос, через который он пытался дышать. Хрипом воздух входил в него, а выходил вместе со слюной изо рта. Все зубы были на месте, первый удар в челюсть получил его брат.

- П... При-и-вет. – Любое слово ему давалось тяжко.

Цепи прикреплены к блокам, просто так не сломать. Лукко полумертвый лежал в противоположном углу.

- Лукко, ты жив??! – Окровавленное лицо, если его ещё так можно назвать только дышало. Челюсть выбита из неё текла густая почти черная кровь.

Отвратительное зрелище. Клацирессе стало плохо ещё рядом с Борленом, рвотные позывы давали о себе знать, как и слёзы. Понемногу она начинала истерить, боясь, что не сможет помочь им. Страх заставил её просто бегать по комнате, ища ключ или что-то подобное, чтобы освободить братьев.

Совсем отчаявшись, она прибилась к стенке, задыхаясь. Голова раскалывалась, руки то и дело держались за неё в надежде утихомирить бурю эмоций. Не зная, что делать Клацирия начала дергать цепь Борлена, надеясь выдернуть, сломать её. Слёзы падали на пол, сопли вырывались вместе со всхлипами. Она не могла ожидать такого, не была готова. Да и как к такому можно приготовиться. Дверь вылетела от удара ногой сильного Пелагора.

Красное от ярости лицо, безумные глаза рыскали по всюду, обыскивая каждый уголок. Твёрдой поступью, наполненный злостью он двинулся в сторону Клацирии. Шелка попыталась его остановить, хотя бы задержать, схватив за руку и начав тянуть назад. Мощным толчком Пелагор отправил её в стену, от падения её тела зазвенела цепь. Клацирия с каждым его шагом отступала всё глубже в угол, словно мышка, прячущаяся в свою нору от паука.