Илартания. В объятиях сна

— Причём не в самой вежливой форме отказал!

— Ну и дальше-то что? — Как с ней разговаривать, если она из принципа не слышит мои аргументы? Как объяснить Меди, что своими предположениями она делает только хуже? — Может президент был в состоянии аффекта? И, даже если допустить, что всё это было, от меня ты какой реакции ждёшь? Записаться к нему на приём и поинтересоваться имелся ли какой-то подтекст в его действиях?

Вот какой надо быть занозой, чтобы за пару минут разбередить то, о чём я пыталась забыть неделю? И, если продолжить себя обманывать, можно сделать вид, что мне это удалось, только вот пара брошенных фраз и я снова сомневаюсь.

Ну да, конечно.

А ещё соблазнял меня не из спортивного интереса, а по велению сердца.

— Ладно, — Меди приобняла за плечи, заглядывая в глаза, — прости меня, я не подумала, что для тебя тяжело всё это вспоминать. — Она не была бы собой, если бы не добавила: — Ну Триш, мужики ничего не делают просто так! Должно же это что-то значить?

— Что, например? — спросила устало, не спеша отстраняться.

— Ну, — я поняла, что сейчас будет что-то фееричное по многозначительной паузе, — может подруга — первая леди — моя тайная мечта!

— Ты бредишь!

— Ну конечно, я же такая легкомысленная!

Делать легкомысленный вид и быть легкомысленной это абсолютно разные вещи и Меди могла грешить первым, но никогда вторым. Я не знаю почему, но именно в эту секунду я очень захотела довериться хоть кому-то и она подходила для этого как никто другой.

Мы устроились на диване и я положила голову ей на плечо, в конце концов мы почти родственницы.

— Хочешь, расскажу что произошло на самом деле?

— Что ты имеешь в виду? — я ощутила как она повернула голову.

Близким я рассказала согласованную с братом версию того, что случилось после нападения аргатинов, а тем, где, как и в какой компании я провела вечер никто особо не интересовался, по умолчанию решив, что мы с подругами были вместе. К моему огромному счастью.

Но это сжигало меня изнутри и лучше я расскажу всё Меди сейчас, чем заработаю нервный срыв на этой почве. Конечно, я сомневалась до последнего — стоит ли? Не сочтёт ли меня подруга влюблённой школьницей? С другой стороны, если не доверяю ей, то в ком я вообще могу быть уверена?

И я рассказала Меди всё, с удовлетворением наблюдая, как вытягивается её лицо.

— Триш, скажи что ты всё это придумала!

— Интересно как, если даже писать сочинения помогала мне ты?

— Но...