Илартания. В объятиях сна

Подумать только, на расстоянии вытянутой руки от меня сидел президент! Человек, биографию которого я могла рассказать как свою! И ошарашенный, оглушённый его появлением мозг никак не соотносил того, кто мне снился и того, кто сидел сейчас рядом.

— Вам не кажется, что традиционный поклон от красивой девушки в вечернем платье выглядит нелепо?

Может и так, но не настолько нелепо как то, что я отодвинулась от него на максимально возможное расстояние. Мысли перескакивали с одного на другое, но на переднем плане была картинка из сна — он, весь в чёрном, стоит и смотрит на меня пронизывающим взглядом.

— Триа Майерин…

Да, прошло достаточно времени, чтобы придумать хоть какой-то ответ, но...

— Прошу прощения, господин президент. — Моё восприятие ситуации кидало из одной стороны в другую и я, словно боящийся разоблачения преступник, продолжала избегать взгляда глаза в глаза. — Я переволновалась.

— Почему? — И столько неподдельного интереса на лице, как будто поводов для волнения у меня нет вовсе.

— Я впервые столкнулась с таким количеством известных личностей, — позволила себе едва уловимый намёк на то, что все они меркнут на фоне его появления.

— Большинство из них предпочли бы быть неузнанными, популярность быстро надоедает, — усмехнулся президент, мгновенно переводя тему: — Как вам спектакль, триа Майерин? К сожалению, я опоздал на первый акт и не смог насладиться началом пьесы.

Лучшая тема из всех, которые он мог выбрать.

— Спектакль великолепен, — ответила я искренне, впервые встретившись с ним взглядом.

Успев заметить, что у него тёмные, почти чёрные глаза, я отчётливо осознала, что зря волновалась. Уверена, вместо страха в моём взгляде сейчас совсем другие чувства, потому что именно сейчас, в это мгновение я пропала, окончательно и бесповоротно оказавшись во власти того, чьей судьбой увлекалась ещё в школе.

— Чем же он вас восхитил? — вопрос президента сбил меня, отвлекая от беспокойных мыслей.

Не ответить я не могла.

И, если поначалу говорила размеренно, тщательно контролируя каждое слово, то к середине рассказа увлеклась настолько, что забыла с кем, собственно, беседую. Понимание, что я перестаралась, пришло когда прозвучал первый звонок.

Очнувшись, я шарахнулась от, сидящего слишком близко, президента. Вежливость? Нет, не слышала. Не тогда, когда все мои реакции вдруг умножились на десять, и чем дальше, тем более заметно это будет.