Илартания. В объятиях сна

А смешение его с нашими технологиями даёт невероятный результат.

— Не сомневаюсь. — Я сделала глоток, понимая что если продолжу такими темпами то велик риск спиться. Глубокие кресла так и манили устроиться в них, но подозревая, что после выбираться я буду не слишком красиво, я присела на подлокотник, закинув ногу на ногу. Ужин стоял на столе, но я ни за что не согласилась бы променять камин на малопривлекательное восседание друг напротив друга. Вот только ноги утопали в ковре и я боялась что шпилька подвернётся в самый неподходящий момент.

— А лошади тебе тоже нравятся?

Воланд расположился в соседнем кресле.

— Я родился очень далеко отсюда, — задумчиво начал он, — там, где слова таблер, визор и эвок просто бессмысленный набор букв. Мои родители однажды нашли пару лошадей, удивительно как им это удалось, и привели к себе. Они ждали, но о пропаже так никто и не заявил, а через неделю кобыла начала вести себя очень странно и наотрез отказывалась есть. Родители были уверены, что она умрёт, никто в элоте не знал как обращаться с лошадьми, а через двое суток она ожеребилась.

Чудом им удалось выходить и взрослых особей, и жеребёнка, — кажется, пока он говорил. я даже не дышала. — Через десять лет у них было уже восемь лошадей, а ещё через десять пришли аргатины, — он усмехнулся, глядя на огонь. — Вырезали весь элот, забрали лошадей на мясо и, довольные, пошли дальше.

— Мне жаль, — с трудом произнесла я.

Воланд перевёл взгляд на меня.

— Перестань, это было давно и, поверь, я им отомстил, — взяв за руку, он пересадил меня на подлокотник своего кресле.

— Кажется, — Воланд приобнял меня за талию, — я выбрал не лучший способ рассказать о своей любви к животным.

— Ты поэтому пошёл воевать — чтобы отомстить за родителей?

— Триш, мне было двадцать, — улыбнулся он. — Я и ещё один парень чудом остались живы и последнее, чего я хотел, это гоняться за аргатинами по всей стране, — переживая, я не заметила как он взял мою руку и переплёл пальцы. — Всё гораздо проще — следом за ними пришла сборная армия Илартании, Гармии, Армарии, Шорона и Ойши, автоматически зачислив нас новобранцами, потому как идти нам всё равно было некуда.

— Тот, кто спасся с тобой. Это и был энар Ренделл? — Воланд покачал головой.

— С Реем я познакомился через полгода в самых экстремальных условиях. — Он забрал у меня бокал, поставив на столик к своему, и осторожно пересадил к себе на колени, проигнорировав мой недовольный взгляд.